Когда я дей­ствую как брат, су­пруг или граж­да­нин... я ис­пол­няю обя­зан­но­сти, уста­нов­лен­ные вне меня и моих дей­ствий пра­вом и обы­ча­я­ми. Даже когда они со­глас­ны с моими соб­ствен­ны­ми чув­ства­ми и когда я при­знаю в душе их су­ще­ство­ва­ние, по­след­нее оста­ет­ся все-таки объ­ек­тив­ным, так как не я сам со­здал их, а они вну­ше­ны мне вос­пи­та­ни­ем.

Как часто при этом нам не­из­вест­ны де­та­ли на­ло­жен­ных на нас обя­зан­но­стей, и для того, чтобы узнать их, мы при­нуж­де­ны справ­лять­ся с ко­дек­сом и со­ве­то­вать­ся с его упол­но­мо­чен­ны­ми ис­тол­ко­ва­те­ля­ми!

Си­сте­ма зна­ков, ко­то­ры­ми я поль­зу­юсь для вы­ра­же­ния моих мыс­лей, си­сте­ма монет, упо­треб­ля­е­мых мною для упла­ты дол­гов, ору­дия кре­ди­та, слу­жа­щие мне в моих ком­мер­че­ских сно­ше­ни­ях, обы­чаи, со­блю­да­е­мые в моей про­фес­сии, и так далее  — все это функ­ци­о­ни­ру­ет не­за­ви­си­мо от того упо­треб­ле­ния, ко­то­рое я из них делаю. Пусть возь­мут од­но­го за дру­гим всех чле­нов, со­став­ля­ю­щих об­ще­ство, и все ска­зан­ное может быть по­вто­ре­но по по­во­ду каж­до­го из них. Сле­до­ва­тель­но, эти об­ра­зы мыс­лей, дей­ствий и чув­ство­ва­ний об­ла­да­ют тем за­ме­ча­тель­ным свой­ством, что су­ще­ству­ют вне ин­ди­ви­ду­аль­ных со­зна­ний.

Эти типы по­ве­де­ния или мысли не толь­ко на­хо­дят­ся вне ин­ди­ви­ду­у­ма, но и об­ла­да­ют еще при­ну­ди­тель­ной силой, вслед­ствие ко­то­рой он вы­нуж­да­ет­ся к ним не­за­ви­си­мо от сво­е­го опи­са­ния. Ко­неч­но, когда я доб­ро­воль­но со­об­ра­зу­юсь с ними, это при­нуж­де­ние, бу­дучи бес­по­лез­ным, мало или со­всем не чув­ству­ет­ся; тем не менее оно яв­ля­ет­ся ха­рак­тер­ным свой­ством этих фак­тов, до­ка­за­тель­ством чего может слу­жить то об­сто­я­тель­ство, что оно по­яв­ля­ет­ся тот­час же, как толь­ко я пы­та­юсь со­про­тив­лять­ся. Если я про­мыш­лен­ник, то никто не за­пре­ща­ет мне ра­бо­тать, упо­треб­ляя при­е­мы и ме­то­ды про­шло­го сто­ле­тия, но, если я сде­лаю это, я, на­вер­ное, разо­рюсь. Даже если фак­ти­че­ски я могу осво­бо­дить­ся от этих пра­вил и с успе­хом на­ру­шить их, то я могу сде­лать это лишь после борь­бы с ними; если даже в конце кон­цов они и будут по­беж­де­ны, то все же они до­ста­точ­но дают чув­ство­вать свою при­ну­ди­тель­ную силу тем со­про­тив­ле­ни­ем, ко­то­рое ока­зы­ва­ют. Нет та­ко­го но­ва­то­ра, даже счаст­ли­во­го, пред­при­я­тия ко­то­ро­го не стал­ки­ва­лись бы с оп­по­зи­ци­ей этого рода.

Вот, сле­до­ва­тель­но, раз­ряд фак­тов, от­ли­ча­ю­щих­ся спе­ци­фи­че­ски­ми свой­ства­ми; его со­став­ля­ют об­ра­зы мыс­лей, дей­ствий и чув­ство­ва­ний, на­хо­дя­щи­е­ся вне ин­ди­ви­да и ода­рен­ные при­ну­ди­тель­ной силой, вслед­ствие ко­то­рой он вы­нуж­да­ет­ся к ним. От­сю­да их нель­зя сме­шать ни с ор­га­ни­че­ски­ми яв­ле­ни­я­ми, так как они со­сто­ят из пред­став­ле­ний и дей­ствий, ни с яв­ле­ни­я­ми пси­хи­че­ски­ми, су­ще­ству­ю­щи­ми лишь в ин­ди­ви­ду­аль­ном со­зна­нии и бла­го­да­ря ему. Они со­став­ля­ют, сле­до­ва­тель­но, новый вид, и им-то и долж­но быть при­сво­е­но на­зва­ние со­ци­аль­ных.

Э. Дюрк­гейм