Меж­ду­на­род­ное гу­ма­ни­тар­ное право со­сто­ит из двух раз­де­лов, име­ну­е­мых «пра­вом Гааги» и «пра­вом Же­не­вы». Каж­дый из этих раз­де­лов со­дер­жит нор­ма­тив­но-пра­во­вые акты, на­прав­лен­ные на за­щи­ту и по­мощь жерт­вам во­ору­жен­ных кон­флик­тов и на огра­ни­че­ние средств и ме­то­дов ве­де­ния бо­е­вых дей­ствий.

Ис­то­ри­че­ски пер­вич­ным яв­ля­ет­ся «право Гааги», или «право войны», ко­то­рое уста­нав­ли­ва­ет права и обя­зан­но­сти во­ю­ю­щих сто­рон при про­ве­де­нии бо­е­вых опе­ра­ций и огра­ни­чи­ва­ет ме­то­ды и сред­ства на­не­се­ния ущер­ба про­тив­ни­ку во из­бе­жа­ние чрез­мер­ных стра­да­ний, из­лиш­них, а равно и не­оправ­дан­ных во­ен­ной не­об­хо­ди­мо­стью че­ло­ве­че­ских жертв и раз­ру­ше­ний.

Новый этап в раз­ви­тии меж­ду­на­род­но­го гу­ма­ни­тар­но­го права, в ос­но­вы ко­то­ро­го были по­ло­же­ны прин­ци­пы и нормы че­ло­ве­че­ско­го из­ме­ре­ния, на­сту­пил после при­ня­тия Уста­ва ООН, по­ста­вив­ше­го войну вне за­ко­на... На этот же пе­ри­од при­хо­дит­ся ин­тен­сив­ное раз­ви­тие же­нев­ско­го права, рож­де­ние нор­ма­тив­ной базы ко­то­ро­го обыч­но свя­зы­ва­ют с Же­нев­ской кон­вен­ци­ей от 22 ав­гу­ста 1864 года об улуч­ше­нии уча­сти ра­нен­ных и боль­ных в дей­ству­ю­щих ар­ми­ях во время су­хо­пут­ной войны. Этим до­ку­мен­том в меж­ду­на­род­ное право того вре­ме­ни вво­дил­ся новый и очень важ­ный прин­цип ней­траль­но­сти ме­ди­цин­ско­го пер­со­на­ла, со­глас­но ко­то­ро­му ме­ди­цин­ская по­мощь долж­на ока­зы­вать­ся всем по­стра­дав­шим участ­ни­кам во­ен­ных дей­ствий не­за­ви­си­мо от того, на чьей сто­ро­не они во­е­ва­ли. Был уста­нов­лен прин­цип со­блю­де­ния стро­го­го рав­но­ве­сия между тре­бо­ва­ни­я­ми гу­ман­но­сти и во­ен­ной не­об­хо­ди­мо­сти... 

В со­вре­мен­ном виде же­нев­ское право, или соб­ствен­но гу­ма­ни­тар­ное право... пред­став­ля­ет собой си­сте­му прин­ци­пов и норм, прямо на­прав­лен­ных на за­щи­ту ин­ди­ви­да в усло­ви­ях во­ору­жен­ных кон­флик­тов меж­ду­на­род­но­го и внут­рен­не­го ха­рак­те­ра. Меж­ду­на­род­ное гу­ма­ни­тар­ное право предо­став­ля­ет за­щи­ту тем, кто не при­ни­ма­ет уча­стия в во­ен­ных дей­стви­ях, то есть граж­дан­ско­му на­се­ле­нию и ме­ди­цин­ско­му пер­со­на­лу. Под его за­щи­той также на­хо­дят­ся лица, пре­кра­тив­шие уча­стие в бо­е­вых дей­стви­ях, а имен­но: ра­не­ные, по­тер­пев­шие ко­раб­ле­кру­ше­ние, боль­ные и плен­ные. Же­нев­ское право за­пре­ща­ет на­па­дать на лиц, на­хо­дя­щих­ся под его по­кро­ви­тель­ством, по­ся­гать на их фи­зи­че­скую не­при­кос­но­вен­ность, под­вер­гать их оскор­би­тель­но­му и уни­жа­ю­ще­му их до­сто­ин­ство об­ра­ще­нию. Раз­ра­бо­та­ны нормы о предо­став­ле­нии во­ен­но­плен­ным и за­дер­жан­ным в ходе кон­флик­та лицам не­об­хо­ди­мо­го пи­та­ния, жилья, су­деб­ных га­ран­тий.

По мере раз­ви­тия меж­ду­на­род­но­го нор­мо­твор­че­ства и при­ня­тия новых до­ку­мен­тов в об­ла­сти прав че­ло­ве­ка меж­ду­на­род­ное гу­ма­ни­тар­ное право обо­га­ща­ет­ся прин­ци­па­ми и нор­ма­ми, га­ран­ти­ру­ю­щи­ми ин­ди­ви­ду право поль­зо­вать­ся ос­нов­ны­ми пра­ва­ми и сво­бо­да­ми в пе­ри­од во­ору­жен­ных кон­флик­тов, ми­ни­ми­зи­руя бед­ствия, при­чи­ня­е­мые во­ору­жен­ны­ми дей­стви­я­ми и за­щи­щая че­ло­ве­ка от про­из­во­ла и на­си­лия...

Для за­щи­ты прав че­ло­ве­ка важ­ное зна­че­ние имеет рас­про­стра­не­ние дей­ствия меж­ду­на­род­но­го гу­ма­ни­тар­но­го права на во­ору­жен­ные кон­флик­ты не­меж­ду­на­род­но­го ха­рак­те­ра, ко­то­рые огра­ни­че­ны тер­ри­то­ри­ей од­но­го го­су­дар­ства и про­ис­хо­дят между во­ору­жен­ны­ми си­ла­ми и ан­ти­пра­ви­тель­ствен­ны­ми во­ору­жен­ны­ми груп­пи­ров­ка­ми...

И. А. Ледях

Се­год­ня оче­ви­ден рост роли средств мас­со­вой ин­фор­ма­ции в по­ли­ти­че­ской сфере об­ще­ствен­ной жизни ввиду ши­ро­ко­го спек­тра функ­ций СМИ. Элек­трон­ные ре­сур­сы, пе­чат­ные ис­точ­ни­ки ин­фор­ма­ции осу­ществ­ля­ют ин­фор­ми­ро­ва­ние на­се­ле­ния, фор­ми­руя об­ще­ствен­ное мне­ние по во­про­сам де­я­тель­но­сти вла­сти. Ор­га­ны го­су­дар­ствен­ной вла­сти, ощу­щая кон­троль за их де­я­тель­но­стью, стре­мят­ся со­вер­шать дей­ствия, ко­то­рые по­лу­чат по­ло­жи­тель­ную оцен­ку со сто­ро­ны на­се­ле­ния, что пре­ду­пре­жда­ет зло­упо­треб­ле­ние власт­ны­ми пол­но­мо­чи­я­ми.

Ст. 2. Сред­ства мас­со­вой ин­фор­ма­ции. Ос­нов­ные по­ня­тия

...Под мас­со­вой ин­фор­ма­ци­ей по­ни­ма­ют­ся пред­на­зна­чен­ные для не­огра­ни­чен­но­го круга лиц пе­чат­ные, аудио-, аудио­ви­зу­аль­ные и дру­гие со­об­ще­ния и ма­те­ри­а­лы;

под сред­ством мас­со­вой ин­фор­ма­ции по­ни­ма­ет­ся пе­ри­о­ди­че­ское пе­чат­ное из­да­ние, радио-, теле-, ви­део­про­грам­ма, ки­но­хро­ни­каль­ная про­грам­ма, иная форма пе­ри­о­ди­че­ско­го рас­про­стра­не­ния мас­со­вой ин­фор­ма­ции;

под пе­ри­о­ди­че­ским пе­чат­ным из­да­ни­ем по­ни­ма­ет­ся га­зе­та, жур­нал, аль­ма­нах, бюл­ле­тень, иное из­да­ние, име­ю­щее по­сто­ян­ное на­зва­ние, те­ку­щий номер и вы­хо­дя­щее в свет не реже од­но­го раза в год;

под радио-, теле-, видео-, ки­но­хро­ни­каль­ной про­грам­мой по­ни­ма­ет­ся со­во­куп­ность пе­ри­о­ди­че­ских аудио-, аудио­ви­зу­аль­ных со­об­ще­ний и ма­те­ри­а­лов (пе­ре­дач), име­ю­щая по­сто­ян­ное на­зва­ние и вы­хо­дя­щая в свет (эфир) не реже од­но­го раза в год;

под про­дук­ци­ей сред­ства мас­со­вой ин­фор­ма­ции по­ни­ма­ет­ся тираж или часть ти­ра­жа от­дель­но­го но­ме­ра пе­ри­о­ди­че­ско­го пе­чат­но­го из­да­ния, от­дель­ный вы­пуск радио-, теле-, ки­но­хро­ни­каль­ной про­грам­мы, тираж или часть ти­ра­жа аудио- или ви­део­за­пи­си про­грам­мы;под рас­про­стра­не­ни­ем про­дук­ции сред­ства мас­со­вой ин­фор­ма­ции по­ни­ма­ет­ся про­да­жа (под­пис­ка, до­став­ка, раз­да­ча) це­ри­о­ди­че­ских пе­чат­ных из­да­ний, аудио- или ви­део­за­пи­сей про­грам­мы, транс­ля­ция радио-, те­ле­про­грамм (ве­ща­ние), де­мон­стра­ция ки­но­хро­ни­каль­ных про­грамм...

Ст. 3. Не­до­пу­сти­мость цен­зу­ры

Цен­зу­ра мас­со­вой ин­фор­ма­ции, то есть тре­бо­ва­ние от ре­дак­ции сред­ства мас­со­вой ин­фор­ма­ции со сто­ро­ны долж­ност­ных, го­су­дар­ствен­ных ор­га­нов, ор­га­ни­за­ций, учре­жде­ний или об­ще­ствен­ных объ­еди­не­ний пред­ва­ри­тель­но со­гла­со­вы­вать со­об­ще­ния и ма­те­ри­а­лы (кроме слу­ча­ев, когда долж­ност­ное лицо яв­ля­ет­ся ав­то­ром или ин­тер­вью­и­ру­е­мым), а равно на­ло­же­ние за­пре­та на рас­про­стра­не­ние со­об­ще­ний и ма­те­ри­а­лов, их от­дель­ных ча­стей  — не до­пус­ка­ет­ся.

Со­зда­ние и фи­нан­си­ро­ва­ние ор­га­ни­за­ций, учре­жде­ний, ор­га­нов или долж­но­стей, в за­да­чи либо функ­ции ко­то­рых вхо­дит осу­ществ­ле­ние цен­зу­ры мас­со­вой ин­фор­ма­ции  — не до­пус­ка­ет­ся.

Из за­ко­на РФ «О сред­ствах мас­со­вой ин­фор­ма­ции»

В струк­тур­ном от­но­ше­нии пра­во­со­зна­ние со­сто­ит из двух эле­мен­тов: на­уч­но­го пра­во­со­зна­ния (пра­во­вой идео­ло­гии) и обы­ден­но­го пра­во­со­зна­ния (пра­во­вой пси­хо­ло­гии).

1.  Пра­во­вая идео­ло­гия  — это си­сте­ма взгля­дов и пред­став­ле­ний, ко­то­рые в тео­ре­ти­че­ской форме от­ра­жа­ют пра­во­вые яв­ле­ния об­ще­ствен­ной жизни. Тео­ре­ти­че­ское от­ра­же­ние пра­во­вых идей и взгля­дов со­дер­жит­ся в на­уч­ных ис­сле­до­ва­ни­ях по во­про­сам го­су­дар­ства и права, их сущ­но­сти и роли в об­ще­ствен­ной жизни. По­сколь­ку в них со­дер­жат­ся объ­ек­тив­ные вы­во­ды и обоб­ще­ния, это поз­во­ля­ет го­су­дар­ству и его ор­га­нам эф­фек­тив­но ис­поль­зо­вать их в право­твор­че­ской и пра­во­при­ме­ни­тель­ной де­я­тель­но­сти.

2.  Пра­во­вая пси­хо­ло­гия  — это со­во­куп­ность чувств, при­вы­чек, на­стро­е­ний, тра­ди­ций, в ко­то­рых вы­ра­жа­ет­ся от­но­ше­ние раз­лич­ных со­ци­аль­ных групп, про­фес­си­о­наль­ных кол­лек­ти­вов, от­дель­ных ин­ди­ви­дов к праву, за­кон­но­сти, си­сте­ме пра­во­вых учре­жде­ний, функ­ци­о­ни­ру­ю­щих в об­ще­стве. Пра­во­вая пси­хо­ло­гия ха­рак­те­ри­зу­ет те пе­ре­жи­ва­ния, чув­ства, мысли людей, ко­то­рые воз­ни­ка­ют в связи с из­да­ни­ем норм права, со­сто­я­ни­ем дей­ству­ю­ще­го за­ко­но­да­тель­ства и прак­ти­че­ским осу­ществ­ле­ни­ем его тре­бо­ва­ний. Ра­дость или огор­че­ние после при­ня­тия но­во­го за­ко­на, чув­ство удо­вле­тво­ре­ния или не­удо­вле­тво­ре­ния при ре­а­ли­за­ции кон­крет­ных норм, не­тер­пи­мое или рав­но­душ­ное от­но­ше­ние к на­ру­ше­ни­ям пра­во­вых пред­пи­са­ний  — все это от­но­сит­ся к об­ла­сти пра­во­вой пси­хо­ло­гии. 

На со­дер­жа­ние пра­во­вой пси­хо­ло­гии, уро­вень ее зре­ло­сти зна­чи­тель­ное вли­я­ние ока­зы­ва­ет внед­ре­ние в со­зна­ние людей на­уч­ных пред­став­ле­ний о пра­во­вых яв­ле­ни­ях об­ще­ствен­ной жизни...

Пра­во­со­зна­ние иг­ра­ет важ­ную роль в со­вер­шен­ство­ва­нии и раз­ви­тии пра­во­вой жизни об­ще­ства.

Во-пер­вых, пра­во­со­зна­ние яв­ля­ет­ся не­об­хо­ди­мым фак­то­ром при со­зда­нии норм права... Во-вто­рых, пра­во­со­зна­ние яв­ля­ет­ся важ­ным и не­об­хо­ди­мым усло­ви­ем точ­ной и пол­ной ре­а­ли­за­ции пра­во­вых норм...

...Пра­во­со­зна­ние есть важ­ный фак­тор раз­ви­тия за­ко­но­да­тель­ства, ста­биль­но­сти пра­во­по­ряд­ка, ре­аль­но­сти прав и сво­бод граж­дан. Со­вер­шен­ное пра­во­со­зна­ние сви­де­тель­ству­ет также о вы­со­кой общей и пра­во­вой куль­ту­ре лич­но­сти, де­ла­ет ее пол­но­цен­ным участ­ни­ком раз­но­об­раз­ных пра­во­от­но­ше­ний.

В. Н. Хро­па­нюк

Слож­ные связи, воз­ни­ка­ю­щие между го­су­дар­ством и ин­ди­ви­дом, и вза­и­мо­от­но­ше­ния людей друг с дру­гом фик­си­ру­ют­ся го­су­дар­ством в юри­ди­че­ской форме  — в форме прав, сво­бод и обя­зан­но­стей, об­ра­зу­ю­щих пра­во­вой ста­тус че­ло­ве­ка и граж­да­ни­на. В пра­вах и обя­зан­но­стях не толь­ко фик­си­ру­ют­ся об­раз­цы, стан­дар­ты по­ве­де­ния, ко­то­рые го­су­дар­ство счи­та­ет обя­за­тель­ны­ми, по­лез­ны­ми, це­ле­со­об­раз­ны­ми для нор­маль­ной жиз­не­де­я­тель­но­сти со­ци­аль­ной си­сте­мы, но и рас­кры­ва­ют­ся ос­нов­ные прин­ци­пы вза­и­мо­от­но­ше­ний го­су­дар­ства и лич­но­сти. Вза­и­мо­свя­зи го­су­дар­ства и ин­ди­ви­да тре­бу­ют чет­кой уре­гу­ли­ро­ван­но­сти и упо­ря­до­чен­но­сти. Это обу­слов­ле­но осо­бой важ­но­стью та­ко­го рода от­но­ше­ний для под­дер­жа­ния су­ще­ству­ю­ще­го строя, для его нор­маль­но­го функ­ци­о­ни­ро­ва­ния. <...> Пра­во­вой ста­тус со­сто­ит из субъ­ек­тив­ных, в том числе и про­цес­су­аль­ных прав: на об­ра­ще­ние в го­су­дар­ствен­ные ор­га­ны с жа­ло­ба­ми и пе­ти­ци­я­ми, на за­щи­ту своих прав и сво­бод всеми спо­со­ба­ми, не за­пре­щен­ны­ми за­ко­ном, на об­ра­ще­ние в суд, в меж­го­су­дар­ствен­ные ор­га­ны за­щи­ты и дру­гие. Го­су­дар­ство за­креп­ля­ет права лич­но­сти не про­из­воль­но, оно юри­ди­че­ски оформ­ля­ет есте­ствен­ные права че­ло­ве­ка, а также набор прав, для осу­ществ­ле­ния ко­то­рых сфор­ми­ро­ва­лись со­ци­аль­но-по­ли­ти­че­ские пред­по­сыл­ки, вы­те­ка­ю­щие из ре­аль­ных об­ще­ствен­ных от­но­ше­ний. <...> Об­ще­ство и го­су­дар­ство да­ле­ко не без­раз­лич­но от­но­сят­ся к тому, как че­ло­век ре­а­ли­зу­ет за­креп­лен­ные в за­ко­но­да­тель­стве воз­мож­но­сти; они за­ин­те­ре­со­ва­ны в ак­тив­но­сти ин­ди­ви­да, ко­то­рая яв­ля­ет­ся важ­ным усло­ви­ем раз­ви­тия де­мо­кра­ти­че­ско­го об­ще­ства. <...> Кон­сти­ту­ция РФ, об­ла­дая выс­шей юри­ди­че­ской силой в Рос­сий­ской Фе­де­ра­ции, за­креп­ля­ет ши­ро­кий круг прав и сво­бод граж­дан стра­ны. Роль иных нор­ма­тив­но-пра­во­вых актов, таких как фе­де­раль­ные за­ко­ны, ко­дек­сы за­клю­ча­ет­ся в более узком рас­смот­ре­нии и по­яс­не­нии этих прав и сво­бод от­но­си­тель­но каж­дой от­дель­но взя­той от­рас­ли права.

Право как ре­гу­ля­тор об­ще­ствен­ных от­но­ше­ний вклю­ча­ет в себя сущ­ность права и си­сте­му права. Су­ще­ству­ет сле­ду­ю­щее по­ни­ма­ние сущ­но­сти права: право  — это не толь­ко за­ко­ны, при­ни­ма­е­мые де­мо­кра­ти­че­ски из­бран­ны­ми учре­жде­ни­я­ми и вы­ра­жа­ю­щие су­ве­рен­ную волю на­ро­да, но и общие (аб­стракт­ные) прин­ци­пы гу­ма­низ­ма, нрав­ствен­но­сти, спра­вед­ли­во­сти. Но такие не­чет­кие, аморф­ные пред­став­ле­ния о праве от­да­ля­ют нас от же­ла­е­мо­го пра­во­по­ряд­ка и задач его укреп­ле­ния, ибо ука­зан­ные прин­ци­пы, идеи («не­пи­са­ное право»), не­смот­ря на их, бес­спор­но, вы­со­кую цен­ность, все же не могут сами по себе, без не­об­хо­ди­мой фор­ма­ли­за­ции, слу­жить кри­те­ри­я­ми пра­во­мер­но­го и не­пра­во­мер­но­го, за­кон­но­го и про­ти­во­за­кон­но­го, а сле­до­ва­тель­но, не в со­сто­я­нии обес­пе­чить ста­биль­ность и ор­га­ни­зо­ван­ность в об­ще­стве. Ис­че­за­ет нор­ма­тив­ная ос­но­ва права, под­ры­ва­ет­ся его ре­гу­ля­тив­ная роль, что го­во­рит о не­об­хо­ди­мо­сти на­ли­чия си­сте­мы права, то есть опре­де­лен­но­го ком­плек­са фор­маль­ных пра­во­вых норм, ре­гу­ли­ру­ю­щих об­ще­ствен­ные от­но­ше­ния.

В слу­чае от­сут­ствия нор­ма­тив­ной ос­но­вы права от­кры­ва­ет­ся про­стор для... про­из­во­ла, по­сколь­ку сво­бо­да, де­мо­кра­тия, мо­раль по­ни­ма­ют­ся раз­лич­ны­ми по­ли­ти­че­ски­ми субъ­ек­та­ми, в том числе власт­ву­ю­щи­ми, по-раз­но­му... Да и по­че­му за­ко­ны (нор­маль­ные, гу­ман­ные, со­здан­ные с со­блю­де­ни­ем всех об­ще­при­ня­тых про­це­дур) не могут вы­ра­жать ука­зан­ные выше иде­а­лы? Вста­ет также не­про­стой во­прос о том, кто и как дол­жен опре­де­лять  — «пра­во­вой» тот или иной закон или «не­пра­во­вой»? Где кри­те­рии? Кто судьи?

Ко­неч­но, ка­те­го­рии права и за­ко­на не сов­па­да­ют. Закон есть одна из форм вы­ра­же­ния права... их отож­деств­ле­ние не­до­пу­сти­мо. Но и из­лиш­нее про­ти­во­по­став­ле­ние этих двух по­ня­тий не ведет к до­сти­же­нию по­зи­тив­ных целей. Это по­рож­да­ет пра­во­вой ни­ги­лизм...

Н. И. Ма­ту­зов

Пра­во­вая куль­ту­ра  — это спе­ци­фи­че­ский со­ци­аль­ный ин­сти­тут, вы­пол­ня­ю­щий функ­цию фор­ми­ро­ва­ния у людей по­ли­ти­че­ско­го и пра­во­во­го со­зна­ния, цен­ност­но-нор­ма­тив­ных уста­но­вок, а опо­сре­до­ван­но и пра­во­во­го по­ве­де­ния. Струк­ту­ра пра­во­вой куль­ту­ры вклю­ча­ет сле­ду­ю­щие эле­мен­ты: право как си­сте­му норм, вы­ра­жа­ю­щих воз­ве­ден­ную в закон го­су­дар­ствен­ную волю; пра­во­от­но­ше­ния как си­сте­му об­ще­ствен­ных от­но­ше­ний, участ­ни­ки ко­то­рых об­ла­да­ют вза­им­ны­ми пра­ва­ми и обя­зан­но­стя­ми; пра­во­со­зна­ние как си­сте­му ду­хов­но­го от­ра­же­ния всей пра­во­вой дей­стви­тель­но­сти; пра­во­вые учре­жде­ния как си­сте­му го­су­дар­ствен­ных ор­га­нов и об­ще­ствен­ных ор­га­ни­за­ций, обес­пе­чи­ва­ю­щих пра­во­вой кон­троль, ре­а­ли­за­цию права; пра­во­вое по­ве­де­ние. <...>

Пра­во­вая куль­ту­ра на­хо­дит своё прак­ти­че­ское во­пло­ще­ние как в пра­во­со­зна­нии, так и в пра­во­вом или про­ти­во­прав­ном по­ве­де­нии граж­дан или груп­по­вых об­ще­ствен­ных субъ­ек­тов. Причём от­кло­ня­ю­ще­е­ся от пра­во­вых норм по­ве­де­ние не все­гда яв­ля­ет­ся след­стви­ем осо­знан­но­го мя­те­жа или но­ва­тор­ства в от­но­ше­нии к при­ня­тым в об­ще­стве пра­ви­лам, а за­ча­стую ста­но­вит­ся след­стви­ем сла­бой пра­во­вой ин­фор­ми­ро­ван­но­сти, со­ци­аль­ной на­ив­но­сти и де­ло­вой не­ком­пе­тент­но­сти.

В своём пра­во­вом по­ве­де­нии ин­ди­вид обыч­но ру­ко­вод­ству­ет­ся соб­ствен­ны­ми ин­те­ре­са­ми, ори­ен­та­ци­я­ми и уста­нов­ка­ми. Раз­лич­ное со­че­та­ние по­треб­но­стей, стрем­ле­ний и ин­те­ре­сов лежит в ос­но­ве мо­ти­ва­ции пра­во­во­го по­ве­де­ния. Учёные вы­де­ля­ют целый ряд мо­ти­вов пра­во­во­го по­ве­де­ния. Это внут­рен­нее убеж­де­ние в пра­виль­но­сти и спра­вед­ли­во­сти тре­бо­ва­ний пра­во­вых норм; на­ли­чие у ин­ди­ви­да соб­ствен­ной по­треб­но­сти в со­блю­де­нии за­ко­нов; осо­зна­ние со­ци­аль­ной не­об­хо­ди­мо­сти со­блю­де­ния за­ко­нов; со­зна­тель­ное под­чи­не­ние тре­бо­ва­ни­ям за­ко­на; со­зна­ние соб­ствен­ных прав; осо­знан­ная за­щи­та груп­по­вых ин­те­ре­сов; бо­язнь юри­ди­че­ской от­вет­ствен­но­сти; сле­до­ва­ние тра­ди­ции; стрем­ле­ние к пас­сив­но­му под­чи­не­нию го­су­дар­ству и его тре­бо­ва­ни­ям. По­ступ­ки и дей­ствия, со­вер­ша­е­мые с внут­рен­ней убеждённо­стью в со­от­вет­ствии этих по­ступ­ков нор­мам права, можно счи­тать выс­шей фор­мой пра­во­во­го по­ве­де­ния.

В. В. Ка­сья­нов, В. Н. Не­чи­пу­рен­ко

Ста­тья 2.1

1.  Ад­ми­ни­стра­тив­ным пра­во­на­ру­ше­ни­ем приз­наётся про­ти­во­прав­ное, ви­нов­ное дей­ствие (без­дей­ствие) фи­зи­че­ско­го или юри­ди­че­ско­го лица, за ко­то­рое на­сто­я­щим Ко­дек­сом или за­ко­на­ми субъ­ек­тов Рос­сий­ской Фе­де­ра­ции об ад­ми­ни­стра­тив­ных пра­во­на­ру­ше­ни­ях уста­нов­ле­на ад­ми­ни­стра­тив­ная от­вет­ствен­ность. <…>

Ста­тья 2.2

1.  Ад­ми­ни­стра­тив­ное пра­во­на­ру­ше­ние при­зна­ет­ся со­вершённым умыш­лен­но, если лицо, его со­вер­шив­шее, со­зна­ва­ло про­ти­во­прав­ный ха­рак­тер сво­е­го дей­ствия (без­дей­ствия), пред­ви­де­ло его вред­ные по­след­ствия и же­ла­ло на­ступ­ле­ния таких по­след­ствий или со­зна­тель­но их до­пус­ка­ло либо от­но­си­лось к ним без­раз­лич­но.

2.  Ад­ми­ни­стра­тив­ное пра­во­на­ру­ше­ние приз­наётся со­вершённым по не­осто­рож­но­сти, если лицо, его со­вер­шив­шее, пред­ви­де­ло воз­мож­ность на­ступ­ле­ния вред­ных по­след­ствий сво­е­го дей­ствия (без­дей­ствия), но без оста­точ­ных к тому ос­но­ва­ний са­мо­на­де­ян­но рас­счи­ты­ва­ло на предот­вра­ще­ние таких по­след­ствий либо не пред­ви­де­ло воз­мож­но­сти на­ступ­ле­ния таких по­след­ствий, хотя долж­но было и могло их пред­ви­деть.

Ста­тья 2.3

1.  Ад­ми­ни­стра­тив­ной от­вет­ствен­но­сти под­ле­жит лицо, до­стиг­шее к мо­мен­ту со­вер­ше­ния ад­ми­ни­стра­тив­но­го пра­во­на­ру­ше­ния воз­рас­та шест­на­дца­ти лет.

2.  С учётом кон­крет­ных об­сто­я­тельств дела и дан­ных о лице, со­вер­шив­шем ад­ми­ни­стра­тив­ное пра­во­на­ру­ше­ние в воз­расте от шест­на­дца­ти до во­сем­на­дца­ти лет, ко­мис­си­ей по делам не­со­вер­шен­но­лет­них и за­щи­те их прав ука­зан­ное лицо может быть осво­бож­де­но от ад­ми­ни­стра­тив­ной от­вет­ствен­но­сти с при­ме­не­ни­ем к нему меры воз­дей­ствия, преду­смот­рен­ной фе­де­раль­ным за­ко­но­да­тель­ством о за­щи­те прав не­со­вер­шен­но­лет­них. <…>

Ста­тья 2.7

Не яв­ля­ет­ся ад­ми­ни­стра­тив­ным пра­во­на­ру­ше­ни­ем при­чи­не­ние лицом вреда охра­ня­е­мым за­ко­ном ин­те­ре­сам в со­сто­я­нии край­ней не­об­хо­ди­мо­сти, то есть для устра­не­ния опас­но­сти, не­по­сред­ствен­но угро­жа­ю­щей лич­но­сти и пра­вам дан­но­го лица или дру­гих лиц, а также охра­ня­е­мым за­ко­ном ин­те­ре­сам об­ще­ства или го­су­дар­ства, если эта опас­ность не могла быть устра­не­на иными сред­ства­ми и если при­чинённый вред яв­ля­ет­ся менее зна­чи­тель­ным, чем предот­вращённый вред.

Ста­тья 2.8

Не под­ле­жит ад­ми­ни­стра­тив­ной от­вет­ствен­но­сти фи­зи­че­ское лицо, ко­то­рое во время со­вер­ше­ния про­ти­во­прав­ных дей­ствий (без­дей­ствия) на­хо­ди­лось в со­сто­я­нии не­вме­ня­е­мо­сти, то есть не могло осо­зна­вать фак­ти­че­ский ха­рак­тер и про­ти­во­прав­ность своих дей­ствий (без­дей­ствия) либо ру­ко­во­дить ими вслед­ствие хро­ни­че­ско­го пси­хи­че­ско­го рас­строй­ства, вре­мен­но­го пси­хи­че­ско­го рас­строй­ства, сла­бо­умия или иного бо­лез­нен­но­го со­сто­я­ния пси­хи­ки.

Ста­тья 2.9

При ма­ло­зна­чи­тель­но­сти со­вершённого ад­ми­ни­стра­тив­но­го пра­во­на­ру­ше­ния судья, орган, долж­ност­ное лицо, пол­но­мо­чен­ные ре­шить дело об ад­ми­ни­стра­тив­ном пра­во­на­ру­ше­нии, могут осво­бо­дить лицо, со­вер­шив­шее ад­ми­ни­стра­тив­ное пра­во­на­ру­ше­ние, от ад­ми­ни­стра­тив­ной от­вет­ствен­но­сти и огра­ни­чить­ся уст­ным за­ме­ча­ни­ем.

Из­вле­че­ние из Ко­дек­са РФ об ад­ми­ни­стра­тив­ных пра­во­на­ру­ше­ни­ях (КоАП)

Право на осу­ществ­ле­ние пред­при­ни­ма­тель­ской де­я­тель­но­сти долж­но ре­а­ли­зо­вы­вать­ся в рам­ках гра­ниц, очер­чен­ных нор­ма­тив­ны­ми пра­во­вы­ми ак­та­ми, со­дер­жа­щи­ми как по­зи­тив­ные пра­ви­ла по­ве­де­ния, так и за­пре­ты, при­ме­ня­е­мые в дан­ной сфере. Со­во­куп­ность пра­вил, при­е­мов и спо­со­бов го­су­дар­ствен­но­го ре­гу­ли­ро­ва­ния пред­при­ни­ма­тель­ской де­я­тель­но­сти об­ра­зу­ет режим ее осу­ществ­ле­ния. Го­во­рят как об общем пра­во­вом ре­жи­ме, рас­про­стра­ня­ю­щим­ся на всех субъ­ек­тов (на­при­мер, ре­ги­стра­ци­он­ный режим), так и о спе­ци­аль­ном ре­жи­ме, под дей­ствие ко­то­ро­го по­па­да­ет либо опре­де­лен­ная часть субъ­ек­тов пред­при­ни­ма­тель­ско­го права (на­при­мер, банки, биржи), либо субъ­ек­ты, осу­ществ­ля­ю­щие опре­де­лен­ный вид де­я­тель­но­сти (ли­цен­зи­он­ный режим).

Кон­сти­ту­ци­он­ное право на осу­ществ­ле­ние пред­при­ни­ма­тель­ской де­я­тель­но­сти обес­пе­че­но га­ран­ти­я­ми. Среди га­ран­тий в первую оче­редь не­об­хо­ди­мо на­звать воз­мож­ность су­деб­ной за­щи­ты прав в слу­чае их на­ру­ше­ния, рав­ную за­щи­ту всех форм соб­ствен­но­сти, воз­мож­ность огра­ни­че­ния прав толь­ко на ос­но­ва­нии фе­де­раль­но­го за­ко­на и толь­ко в той мере, в какой это не­об­хо­ди­мо для за­щи­ты основ кон­сти­ту­ци­он­но­го строя, нрав­ствен­но­сти, здо­ро­вья, прав и за­кон­ных ин­те­ре­сов дру­гих лиц, обес­пе­че­ния обо­ро­ны и без­опас­но­сти го­су­дар­ства.

К га­ран­ти­ям права на осу­ществ­ле­ние пред­при­ни­ма­тель­ской де­я­тель­но­сти от­но­сят воз­мож­ность сво­бод­но­го вы­бо­ра: вида, сферы де­я­тель­но­сти; тер­ри­то­рии осу­ществ­ле­ния де­я­тель­но­сти; ор­га­ни­за­ци­он­но-пра­во­вой формы осу­ществ­ле­ния де­я­тель­но­сти.

Под ор­га­ни­за­ци­он­но-пра­во­вой фор­мой пред­при­ни­ма­тель­ской де­я­тель­но­сти по­ни­ма­ют со­во­куп­ность иму­ще­ствен­ных и ор­га­ни­за­ци­он­ных от­ли­чий, спо­со­бов фор­ми­ро­ва­ния иму­ще­ствен­ной базы, осо­бен­но­стей вза­и­мо­дей­ствия соб­ствен­ни­ков, учре­ди­те­лей, участ­ни­ков, их от­вет­ствен­но­сти друг перед дру­гом и контр­аген­та­ми.

Дей­ству­ю­щее за­ко­но­да­тель­ство уста­нав­ли­ва­ет сле­ду­ю­щие ор­га­ни­за­ци­он­но-пра­во­вые формы пред­при­ни­ма­тель­ской де­я­тель­но­сти: хо­зяй­ствен­ные то­ва­ри­ще­ства (пол­ные и ком­ман­дит­ные), хо­зяй­ствен­ные об­ще­ства (с огра­ни­чен­ной от­вет­ствен­но­стью, с до­пол­ни­тель­ной от­вет­ствен­но­стью, ак­ци­о­нер­ные), про­из­вод­ствен­ные ко­опе­ра­ти­вы, го­су­дар­ствен­ные и му­ни­ци­паль­ные уни­тар­ные пред­при­я­тия. Пе­ре­чис­лен­ные ор­га­ни­за­ции по за­ко­но­да­тель­ству Рос­сий­ской Фе­де­ра­ции яв­ля­ют­ся ком­мер­че­ски­ми.

По­ми­мо ком­мер­че­ских дей­ству­ю­щим за­ко­но­да­тель­ством преду­смот­ре­на воз­мож­ность со­зда­ния ор­га­ни­за­ций не­ком­мер­че­ских. Не­ком­мер­че­ские ор­га­ни­за­ции могут со­зда­вать­ся в форме об­ще­ствен­ных и ре­ли­ги­оз­ных ор­га­ни­за­ций (объ­еди­не­ний), не­ком­мер­че­ских парт­нерств, учре­жде­ний, ав­то­ном­ных не­ком­мер­че­ских ор­га­ни­за­ций, со­ци­аль­ных бла­го­тво­ри­тель­ных и иных фон­дов, ас­со­ци­а­ций и со­ю­зов, а также в дру­гих фор­мах, преду­смот­рен­ных фе­де­раль­ны­ми за­ко­на­ми. В том слу­чае если не­ком­мер­че­ской ор­га­ни­за­ции за­ко­ном или уста­вом предо­став­ле­но право за­ни­мать­ся пред­при­ни­ма­тель­ской де­я­тель­но­стью, со­от­вет­ству­ю­щей целям, ради ко­то­рых эта ор­га­ни­за­ция со­зда­на, при­быль от такой де­я­тель­но­сти не рас­про­стра­ня­ет­ся между ее участ­ни­ка­ми, а на­прав­ля­ет­ся на до­сти­же­ние устав­ных целей.

Го­су­дар­ствен­ное ре­гу­ли­ро­ва­ние пред­при­ни­ма­тель­ской де­я­тель­но­сти может быть пря­мым (ди­рек­тив­ным) и кос­вен­ным (эко­но­ми­че­ским)... В ры­ноч­ных усло­ви­ях хо­зяй­ство­ва­ния при­о­ри­тет от­да­ет­ся кос­вен­ным ме­то­дам ре­гу­ли­ро­ва­ния с при­ме­не­ни­ем раз­лич­ных эко­но­ми­че­ских ры­ча­гов и сти­му­лов.

И. В. Ер­шо­ва

Граж­дан­ский ко­декс РФ. Из­вле­че­ния:

Ста­тья 66. Ос­нов­ные по­ло­же­ния о хо­зяй­ствен­ных то­ва­ри­ще­ствах и об­ще­ствах

1.  Хо­зяй­ствен­ны­ми то­ва­ри­ще­ства­ми и об­ще­ства­ми при­зна­ют­ся кор­по­ра­тив­ные ком­мер­че­ские ор­га­ни­за­ции с раз­де­лен­ным на доли (вкла­ды) учре­ди­те­лей (участ­ни­ков) устав­ным (скла­доч­ным) ка­пи­та­лом. Иму­ще­ство, со­здан­ное за счет вкла­дов учре­ди­те­лей (участ­ни­ков), а также про­из­ве­ден­ное и при­об­ре­тен­ное хо­зяй­ствен­ным то­ва­ри­ще­ством или об­ще­ством в про­цес­се де­я­тель­но­сти, при­над­ле­жит на праве соб­ствен­но­сти хо­зяй­ствен­но­му то­ва­ри­ще­ству или об­ще­ству.

<...>

3.  Хо­зяй­ствен­ные то­ва­ри­ще­ства могут со­зда­вать­ся в ор­га­ни­за­ци­он­но-пра­во­вой форме пол­но­го то­ва­ри­ще­ства или то­ва­ри­ще­ства на вере (ком­ман­дит­но­го то­ва­ри­ще­ства).

4.  Хо­зяй­ствен­ные об­ще­ства могут со­зда­вать­ся в ор­га­ни­за­ци­он­но-пра­во­вой форме ак­ци­о­нер­но­го об­ще­ства или об­ще­ства с огра­ни­чен­ной от­вет­ствен­но­стью.

5.  Участ­ни­ка­ми пол­ных то­ва­ри­ществ и пол­ны­ми то­ва­ри­ща­ми в то­ва­ри­ще­ствах на вере могут быть ин­ди­ви­ду­аль­ные пред­при­ни­ма­те­ли и ком­мер­че­ские ор­га­ни­за­ции.

Участ­ни­ка­ми хо­зяй­ствен­ных об­ществ и вклад­чи­ка­ми в то­ва­ри­ще­ствах на вере могут быть граж­да­не и юри­ди­че­ские лица, а также пуб­лич­но-пра­во­вые об­ра­зо­ва­ния.

6.  Го­су­дар­ствен­ные ор­га­ны и ор­га­ны мест­но­го са­мо­управ­ле­ния не впра­ве участ­во­вать от сво­е­го имени в хо­зяй­ствен­ных то­ва­ри­ще­ствах и об­ще­ствах.

Учре­жде­ния могут быть участ­ни­ка­ми хо­зяй­ствен­ных об­ществ и вклад­чи­ка­ми в то­ва­ри­ще­ствах на вере с раз­ре­ше­ния соб­ствен­ни­ка иму­ще­ства учре­жде­ния, если иное не уста­нов­ле­но за­ко­ном.

За­ко­ном может быть за­пре­ще­но или огра­ни­че­но уча­стие от­дель­ных ка­те­го­рий лиц в хо­зяй­ствен­ных то­ва­ри­ще­ствах и об­ще­ствах.

Хо­зяй­ствен­ные то­ва­ри­ще­ства и об­ще­ства могут быть учре­ди­те­ля­ми (участ­ни­ка­ми) дру­гих хо­зяй­ствен­ных то­ва­ри­ществ и об­ществ, за ис­клю­че­ни­ем слу­ча­ев, преду­смот­рен­ных за­ко­ном.

Ста­тья 66.1. Вкла­ды в иму­ще­ство хо­зяй­ствен­но­го то­ва­ри­ще­ства или об­ще­ства

1.  Вкла­дом участ­ни­ка хо­зяй­ствен­но­го то­ва­ри­ще­ства или об­ще­ства в его иму­ще­ство могут быть де­неж­ные сред­ства, вещи, доли (акции) в устав­ных (скла­доч­ных) ка­пи­та­лах дру­гих хо­зяй­ствен­ных то­ва­ри­ществ и об­ществ, го­су­дар­ствен­ные и му­ни­ци­паль­ные об­ли­га­ции. Таким вкла­дом также могут быть под­ле­жа­щие де­неж­ной оцен­ке ис­клю­чи­тель­ные, иные ин­тел­лек­ту­аль­ные права и права по ли­цен­зи­он­ным до­го­во­рам, если иное не уста­нов­ле­но за­ко­ном.

<...>

Ста­тья 68. Пре­об­ра­зо­ва­ние хо­зяй­ствен­ных то­ва­ри­ществ и об­ществ

1.  Хо­зяй­ствен­ные то­ва­ри­ще­ства и об­ще­ства од­но­го вида могут пре­об­ра­зо­вы­вать­ся в хо­зяй­ствен­ные то­ва­ри­ще­ства и об­ще­ства дру­го­го вида или в про­из­вод­ствен­ные ко­опе­ра­ти­вы по ре­ше­нию об­ще­го со­бра­ния участ­ни­ков в по­ряд­ке, уста­нов­лен­ном на­сто­я­щим Ко­дек­сом и за­ко­на­ми о хо­зяй­ствен­ных об­ще­ствах.

Из­вле­че­ние из Се­мей­но­го ко­дек­са РФ:

Ста­тья 80

1.  Ро­ди­те­ли обя­за­ны со­дер­жать своих не­со­вер­шен­но­лет­них детей. По­ря­док и форма предо­став­ле­ния со­дер­жа­ния не­со­вер­шен­но­лет­ним детям опре­де­ля­ют­ся ро­ди­те­ля­ми са­мо­сто­я­тель­но. <...>

Ста­тья 81

1.  При от­сут­ствии со­гла­ше­ния об упла­те али­мен­тов али­мен­ты на не­со­вер­шен­но­лет­них детей взыс­ки­ва­ют­ся судом с их ро­ди­те­лей еже­ме­сяч­но в раз­ме­ре: на од­но­го ре­бен­ка  — одной чет­вер­ти, на двух детей  — одной трети, на трёх и более детей  — по­ло­ви­ны за­ра­бот­ка и (или) иного до­хо­да ро­ди­те­лей.

2.  Раз­мер этих долей может быть умень­шен или уве­ли­чен судом с учётом ма­те­ри­аль­но­го или се­мей­но­го по­ло­же­ния сто­рон и иных за­слу­жи­ва­ю­щих вни­ма­ния об­сто­я­тельств.

Ста­тья 86

1.  При от­сут­ствии со­гла­ше­ния и при на­ли­чии ис­клю­чи­тель­ных об­сто­я­тельств (тяжёлой бо­лез­ни, уве­чья не­со­вер­шен­но­лет­них детей или не­тру­до­спо­соб­ных со­вер­шен­но­лет­них нуж­да­ю­щих­ся детей, не­об­хо­ди­мо­сти опла­ты по­сто­рон­не­го ухода за ними и дру­гих об­сто­я­тельств) каж­дый из ро­ди­те­лей может быть при­влечён судом к уча­стию в не­се­нии до­пол­ни­тель­ных рас­хо­дов, вы­зван­ных этими об­сто­я­тель­ства­ми.

По­ря­док уча­стия ро­ди­те­лей в не­се­нии до­пол­ни­тель­ных рас­хо­дов и раз­мер этих рас­хо­дов опре­де­ля­ют­ся судом ис­хо­дя из ма­те­ри­аль­но­го и се­мей­но­го по­ло­же­ния ро­ди­те­лей и детей и дру­гих за­слу­жи­ва­ю­щих вни­ма­ния ин­те­ре­сов сто­рон в твёрдой де­неж­ной сумме, под­ле­жа­щей упла­те еже­ме­сяч­но.

2.  Суд впра­ве обя­зать ро­ди­те­лей при­нять уча­стие как в фак­ти­че­ски по­не­сен­ных до­пол­ни­тель­ных рас­хо­дах, так и в до­пол­ни­тель­ных рас­хо­дах, ко­то­рые не­об­хо­ди­мо про­из­ве­сти в бу­ду­щем.

Ста­тья 87

1.  Тру­до­спо­соб­ные со­вер­шен­но­лет­ние дети обя­за­ны со­дер­жать своих не­тру­до­спо­соб­ных нуж­да­ю­щих­ся в по­мо­щи ро­ди­те­лей и за­бо­тить­ся о них.

2.  При от­сут­ствии со­гла­ше­ния об упла­те али­мен­тов али­мен­ты на не­тру­до­спо­соб­ных нуж­да­ю­щих­ся в по­мо­щи ро­ди­те­лей взыс­ки­ва­ют­ся с тру­до­спо­соб­ных со­вер­шен­но­лет­них детей в су­деб­ном по­ряд­ке.

3.  Раз­мер али­мен­тов, взыс­ки­ва­е­мых с каж­до­го из детей, опре­де­ля­ет­ся судом ис­хо­дя из ма­те­ри­аль­но­го и се­мей­но­го по­ло­же­ния ро­ди­те­лей и детей и дру­гих за­слу­жи­ва­ю­щих вни­ма­ния ин­те­ре­сов сто­рон в твёрдой де­неж­ной сумме, под­ле­жа­щей упла­те еже­ме­сяч­но.

Важ­ней­шим ин­сти­ту­том граж­дан­ско­го права яв­ля­ет­ся право соб­ствен­но­сти. Соб­ствен­ность  — по­ня­тие и эко­но­ми­че­ское, и юри­ди­че­ское. Его можно опре­де­лить как от­но­ше­ния между лю­дь­ми по по­во­ду при­над­леж­но­сти ма­те­ри­аль­ных благ.

Право соб­ствен­но­сти  — это со­во­куп­ность пра­во­вых норм, за­креп­ля­ю­щих и ре­гу­ли­ру­ю­щих от­но­ше­ния по по­во­ду при­над­леж­но­сти ма­те­ри­аль­ных благ (объ­ек­тив­ное право). Право соб­ствен­но­сти в субъ­ек­тив­ном смыс­ле озна­ча­ет воз­мож­ность кон­крет­но­го субъ­ек­та вла­деть, поль­зо­вать­ся и рас­по­ря­жать­ся при­над­ле­жа­щим ему иму­ще­ством по сво­е­му усмот­ре­нию и в своих ин­те­ре­сах. Пра­во­мо­чие вла­де­ния озна­ча­ет под­креплённую пра­вом воз­мож­ность иметь вещь в своём хо­зяй­ствен­ном гос­под­стве, ре­аль­ную при­над­леж­ность вещи её хо­зя­и­ну, соб­ствен­ни­ку. Пра­во­мо­чие поль­зо­ва­ния пред­по­ла­га­ет воз­мож­ность из­вле­кать из вещи по­лез­ные свой­ства. Пра­во­мо­чие рас­по­ря­же­ния преду­смат­ри­ва­ет воз­мож­ность опре­де­лять «юри­ди­че­скую судь­бу» вещи  — право про­дать, об­ме­нять, по­да­рить или сдать в арен­ду. Пра­во­мо­чие рас­по­ря­же­ния при­над­ле­жит либо са­мо­му вла­дель­цу, либо упол­но­мо­чен­но­му им рас­по­ря­ди­те­лю.

Закон раз­ли­ча­ет част­ную, го­су­дар­ствен­ную, му­ни­ци­паль­ную и иные формы соб­ствен­но­сти (ст. 8 Кон­сти­ту­ции РФ; ст. 212 ГК РФ). На праве част­ной соб­ствен­но­сти иму­ще­ство может при­над­ле­жать граж­да­нам либо юри­ди­че­ским лицам. Не­ко­то­рые виды иму­ще­ства не могут на­хо­дить­ся в част­ной соб­ствен­но­сти (на­при­мер, объ­ек­ты обо­рон­но­го про­из­вод­ства, го­су­дар­ствен­ная казна, ре­сур­сы кон­ти­нен­таль­но­го шель­фа). На праве го­су­дар­ствен­ной соб­ствен­но­сти иму­ще­ство может при­над­ле­жать либо Рос­сий­ской Фе­де­ра­ции, либо субъ­ек­там Рос­сий­ской Фе­де­ра­ции; на праве му­ни­ци­паль­ной соб­ствен­но­сти иму­ще­ство при­над­ле­жит му­ни­ци­паль­ным об­ра­зо­ва­ни­ям.

Мно­го­об­ра­зие форм соб­ствен­но­сти не от­ра­жа­ет­ся на со­дер­жа­нии права соб­ствен­но­сти. Дру­ги­ми сло­ва­ми, не­за­ви­си­мо от формы соб­ствен­но­сти право соб­ствен­но­сти все­гда вклю­ча­ет три­а­ду пра­во­мо­чий: вла­де­ние, поль­зо­ва­ние и рас­по­ря­же­ние иму­ще­ством, ко­то­рые соб­ствен­ник сам осу­ществ­ля­ет по сво­е­му усмот­ре­нию либо пе­ре­даёт дру­гим лицам.

1.  До­ле­вая соб­ствен­ность  — соб­ствен­ность не­сколь­ких лиц на одно и то же иму­ще­ство с опре­де­ле­ни­ем их долей в праве на это иму­ще­ство. Доля может вы­ра­жать­ся в иму­ще­ствен­ном и сто­и­мост­ном виде. В за­ко­не за­креп­ле­но пра­ви­ло, со­глас­но ко­то­ро­му в слу­чае воз­ник­но­ве­ния общей соб­ствен­но­сти она обыч­но пред­по­ла­га­ет­ся до­ле­вой. В слу­чае не­де­ли­мо­сти иму­ще­ства доля соб­ствен­ни­ка вы­ра­жа­ет­ся в виде части общей сто­и­мо­сти.

2.  Сов­мест­ная соб­ствен­ность  — соб­ствен­ность не­сколь­ких лиц без опре­де­ле­ния их долей на одну и ту же вещь. От­но­ше­ния общей сов­мест­ной соб­ствен­но­сти могут иметь место толь­ко в слу­ча­ях, преду­смот­рен­ных за­ко­ном.

Доля участ­ни­ка общей сов­мест­ной соб­ствен­но­сти за­ра­нее не опре­де­ле­на, од­на­ко может быть уста­нов­ле­на при раз­де­ле об­ще­го иму­ще­ства или вы­де­ле­на из его доли, если участ­ник вы­хо­дит из со­ста­ва лиц, ве­ду­щих общее хо­зяй­ство.

Глав­ный эле­мент кон­сти­ту­ци­он­но­го права на су­деб­ную за­щи­ту  — право каж­до­го бес­пре­пят­ствен­но об­ра­тить­ся в суд и участ­во­вать в раз­би­ра­тель­стве лично либо по­сред­ством пред­ста­ви­те­ля.

Ре­а­ли­за­ция этого права на­чи­на­ет­ся с обес­пе­че­ния ин­фор­ма­ци­он­ной до­ступ­но­сти суда. Каж­дый дол­жен иметь воз­мож­ность узнать, как, куда и по ка­ко­му во­про­су об­ра­тить­ся, где и когда рас­смат­ри­ва­ет­ся его дело и тому по­доб­ное. Вроде бы чего проще. Од­на­ко к Упол­но­мо­чен­но­му по пра­вам че­ло­ве­ка про­дол­жа­ют по­сту­пать мно­го­чис­лен­ные жа­ло­бы на не­ис­пол­не­ние этого эле­мен­тар­но­го тре­бо­ва­ния за­ко­на и здра­во­го смыс­ла. К наи­бо­лее серьёзным по­след­стви­ям при­во­дит отказ в вы­да­че или на­прав­ле­нии по почте копий су­деб­ных по­ста­нов­ле­ний, что не поз­во­ля­ет их об­жа­ло­вать в вы­ше­сто­я­щих су­деб­ных ин­стан­ци­ях...

Про­це­ду­ра по­да­чи ис­ко­вых тре­бо­ва­ний и жалоб также отя­го­ще­на рядом пра­вил, объ­ек­тив­но огра­ни­чи­ва­ю­щих до­ступ к пра­во­су­дию. Так, в част­но­сти, ис­ко­вые тре­бо­ва­ния и жа­ло­бы при­ни­ма­ют­ся толь­ко в про­из­воль­но уста­нав­ли­ва­е­мые «приёмные дни», или после лич­ной кон­суль­та­ции с су­дьей, или при предъ­яв­ле­нии и про­вер­ке не преду­смот­рен­ных за­ко­ном до­ку­мен­тов, в том числе удо­сто­ве­ря­ю­щих лич­ность.

Бы­ту­ет мне­ние, что, вводя жёсткие, а порой и от­кро­вен­но из­бы­точ­ные пра­ви­ла приёма за­яв­ле­ний и жалоб, суды со­зна­тель­но об­лег­ча­ют себе ра­бо­ту. Дру­гое, прямо про­ти­во­по­лож­ное мне­ние сво­дит­ся к тому, что любая про­це­ду­ра не­мыс­ли­ма без стро­гих пра­вил, а тот, кому дей­стви­тель­но нужно по­дать жа­ло­бу, эти пра­ви­ла вы­пол­нит. Со своей сто­ро­ны, Упол­но­мо­чен­ный хотел бы на­пом­нить, что огра­ни­че­ния та­ко­го рода воз­мож­ны лишь в форме фе­де­раль­ных за­ко­нов, в дан­ном слу­чае со­от­вет­ству­ю­щих про­цес­су­аль­ных ко­дек­сов.

Важ­ной га­ран­ти­ей до­сту­па к пра­во­су­дию яв­ля­ет­ся со­зда­ние усло­вий для бес­пре­пят­ствен­но­го по­се­ще­ния зда­ний судов ли­ца­ми с огра­ни­чен­ны­ми воз­мож­но­стя­ми здо­ро­вья. К со­жа­ле­нию, в боль­шин­стве го­су­дар­ствен­ных учре­жде­ний такие усло­вия от­сут­ству­ют. Причём не все­гда по при­чи­не не­хват­ки средств  — про­сто по­то­му, что об этом никто не по­ду­мал.

Рас­про­странённым спо­со­бом огра­ни­че­ния до­сту­па к пра­во­су­дию остаётся прак­ти­ка не­за­кон­ных от­ка­зов в воз­буж­де­нии уго­лов­но­го дела.

По-преж­не­му име­ют­ся про­бле­мы, ка­са­ю­щи­е­ся обес­пе­че­ния от­кры­то­сти су­деб­ных за­се­да­ний. Осо­бен­но серьёзные на­ру­ше­ния свя­за­ны с огла­ше­ни­ем ито­го­вых су­деб­ных ре­ше­ний за «за­кры­ты­ми две­ря­ми».

На­ру­ше­ние ту­ри­сти­че­ской ор­га­ни­за­ци­ей сро­ков ис­пол­не­ния услуг, не­над­ле­жа­щая встре­ча в аэро­пор­ту или на вок­за­ле (транс­фер), раз­ме­ще­ние в не со­от­вет­ству­ю­щих до­го­во­ру (путёвке) но­ме­рах го­сти­ни­цы (отеля) или не тот уро­вень самой го­сти­ни­цы, не­ка­че­ствен­ное пи­та­ние или сер­вис... С по­доб­но­го рода на­ру­ше­ни­я­ми прав граж­да­не стал­ки­ва­ют­ся край­не часто. Од­на­ко ввиду слож­но­сти вос­тре­бо­ва­ния ком­пен­са­ции с ту­ри­сти­че­ской ком­па­нии, а также в связи с труд­но­стью до­ка­зы­ва­ния на­ру­ше­ния усло­вий до­го­во­ра, за­ключённого с ту­ро­пе­ра­то­ром, иски или хотя бы пре­тен­зии к ту­ри­сти­че­ским ком­па­ни­ям в по­доб­ных слу­ча­ях ми­ни­маль­ны (ис­клю­че­ние со­став­ля­ют на­ру­ше­ния усло­вий пе­ре­воз­ки, где ос­нов­ным и не­оспо­ри­мым сред­ством пра­во­вой за­щи­ты вы­сту­па­ет на­ли­чие со­от­вет­ству­ю­ще­го би­ле­та).

В связи с тем, что кри­те­рии ка­че­ства ту­ри­сти­че­ских услуг в за­ко­но­да­тель­стве чётко не за­фик­си­ро­ва­ны, на прак­ти­ке часто труд­но опре­де­лить, где имеет место на­ру­ше­ние ка­че­ства услу­ги, а где  — предо­став­ле­ние не­до­сто­вер­ной ин­фор­ма­ции.

Не­об­хо­ди­мость со­зда­ния упрощённого ре­жи­ма вос­ста­нов­ле­ния на­ру­шен­ных прав в дан­ной сфере оче­вид­на. Сред­ством до­ка­зы­ва­ния могут слу­жить любые («ма­те­ри­аль­но-ви­зу­аль­ные») ис­точ­ни­ки, такие как, на­при­мер, фото- и ви­део­съёмка, ауди­о­за­пись, на­прав­ле­ния, пись­мен­ные до­ку­мен­ты и др. Также ту­ри­сту не­об­хо­ди­мо обес­пе­чить себя сред­ства­ми пра­во­вой за­щи­ты в части до­ка­зы­ва­ния понесённых им фак­ти­че­ских убыт­ков (рас­хо­дов). К по­доб­ным сред­ствам можно от­не­сти над­ле­жа­щим об­ра­зом оформ­лен­ные чеки, рас­пис­ки, би­ле­ты, вы­пис­ки по бан­ков­ским сче­там, пись­мен­ные до­го­во­ры и дру­гое. Но кроме самих ин­стру­мен­тов до­ка­зы­ва­ния не­об­хо­ди­ма более про­стая про­це­ду­ра рас­смот­ре­ния по­доб­но­го рода спо­ров, так как имен­но из-за слож­но­сти, за­тя­ну­то­сти и не­од­но­знач­но­сти про­цес­са боль­шин­ство граж­дан за вос­ста­нов­ле­ни­ем своих прав пред­по­чи­та­ют в упол­но­мо­чен­ные ор­га­ны как су­деб­но­го, так и вне­су­деб­но­го ха­рак­те­ра не об­ра­щать­ся. И хотя опре­делённые шаги в дан­ном на­прав­ле­нии го­су­дар­ством де­ла­ют­ся, они явно не­до­ста­точ­ны, а кроме того, ма­ло­эф­фек­тив­ны в той части, ко­то­рая была из­ло­же­на выше.

Пра­во­со­зна­ние  — это от­но­ше­ние людей к праву...

Клю­че­вой пункт пра­во­со­зна­ния  — осо­зна­ние лю­дь­ми цен­но­стей права и од­но­вре­мен­но пред­став­ле­ния о дей­ству­ю­щем по­зи­тив­ном праве, о том, на­сколь­ко оно со­от­вет­ству­ет тре­бо­ва­ни­ям ра­зу­ма и спра­вед­ли­во­сти, пра­во­вым цен­но­стям и иде­а­лам.

Раз­ли­ча­ют­ся пра­во­со­зна­ние на­уч­ное, про­фес­си­о­наль­ное, обы­ден­ное, а также мас­со­вое, груп­по­вое, ин­ди­ви­ду­аль­ное. Эти раз­но­вид­но­сти пра­во­со­зна­ния по-раз­но­му вли­я­ют  — но все они вли­я­ют!  — на со­вер­шен­ство за­ко­но­да­тель­ства, эф­фек­тив­ность ра­бо­ты суда, всех пра­во­охра­ни­тель­ных ор­га­нов, на то, на­сколь­ко граж­да­не стра­ны яв­ля­ют­ся за­ко­но­по­слуш­ны­ми, доб­ро­воль­но, стро­го, точно ис­пол­ня­ют нормы по­зи­тив­но­го права, какие они вы­дви­га­ют пра­во­вые тре­бо­ва­ния.

Среди видов и форм пра­во­со­зна­ния вы­де­ля­ет­ся как раз пра­во­вая идео­ло­гия  — ак­тив­ная часть пра­во­со­зна­ния, не­по­сред­ствен­но вли­я­ю­щая на за­ко­но­да­тель­ство, юри­ди­че­скую прак­ти­ку и по­то­му вхо­дя­щая в на­ци­о­наль­ную пра­во­вую си­сте­му стра­ны...

В связи с пра­во­со­зна­ни­ем и пра­во­вой идео­ло­ги­ей  — крат­ко о пра­во­вой куль­ту­ре. Пра­во­вая куль­ту­ра  — это общее со­сто­я­ние «юри­ди­че­ских дел» в об­ще­стве, то есть со­сто­я­ние за­ко­но­да­тель­ства, по­ло­же­ния и ра­бо­ты суда, всех пра­во­охра­ни­тель­ных ор­га­нов, пра­во­со­зна­ния всего на­се­ле­ния стра­ны, вы­ра­жа­ю­щее уро­вень раз­ви­тия права и пра­во­со­зна­ния, их место в жизни об­ще­ства, усво­е­ние пра­во­вых цен­но­стей, их ре­а­ли­за­цию на прак­ти­ке, осу­ществ­ле­ние тре­бо­ва­ния вер­хо­вен­ства права. Одним из по­ка­за­те­лей пра­во­вой куль­ту­ры яв­ля­ет­ся пра­во­вая вос­пи­тан­ность каж­до­го че­ло­ве­ка, то есть над­ле­жа­щий, вы­со­кий уро­вень пра­во­со­зна­ния, про­яв­ля­ю­щий­ся не толь­ко в за­ко­но­по­слу­ша­нии, но и в пра­во­вой ак­тив­но­сти, в пол­ном и эф­фек­тив­ном ис­поль­зо­ва­нии пра­во­вых средств в прак­ти­че­ской де­я­тель­но­сти, в стрем­ле­нии в любом деле утвер­дить пра­во­вые на­ча­ла как выс­шие цен­но­сти ци­ви­ли­за­ции. Пра­во­вая куль­ту­ра  — яв­ле­ние более ши­ро­кое и ёмкое, чем про­сто над­ле­жа­щий уро­вень пра­во­со­зна­ния; глав­ное в пра­во­вой куль­ту­ре  — вы­со­кое раз­ви­тие всей пра­во­вой си­сте­мы, до­стой­ное место права в жизни об­ще­ства, осу­ществ­ле­ние его вер­хо­вен­ства и со­от­вет­ству­ю­щее этому по­ло­же­ние дел во всём «юри­ди­че­ском хо­зяй­стве» стра­ны (под­го­тов­ка и ста­тус юри­ди­че­ских кад­ров, роль юри­ди­че­ских служб во всех под­раз­де­ле­ни­ях го­су­дар­ствен­ной си­сте­мы, по­ло­же­ние ад­во­ка­ту­ры, раз­ви­тость на­уч­ных учре­жде­ний по во­про­сам права, уро­вень пра­во­во­го об­ра­зо­ва­ния и так далее).

Ос­нов­ная пра­во­вая цель брач­но­го до­го­во­ра  — опре­де­ле­ние пра­во­во­го ре­жи­ма иму­ще­ства су­пру­гов и их иных иму­ще­ствен­ных вза­и­мо­от­но­ше­ний на бу­ду­щее время...

Брач­ный до­го­вор дол­жен быть за­ключён в пись­мен­ной форме и но­та­ри­аль­но удо­сто­ве­рен. Не­со­блю­де­ние тре­бу­е­мой за­ко­ном формы влечёт не­дей­стви­тель­ность брач­но­го до­го­во­ра...

Ос­нов­ным эле­мен­том со­дер­жа­ния брач­но­го до­го­во­ра яв­ля­ет­ся уста­нов­ле­ние пра­во­во­го ре­жи­ма су­пру­же­ско­го иму­ще­ства. Такой режим, опре­делённый брач­ным до­го­во­ром, на­зы­ва­ет­ся до­го­вор­ным ре­жи­мом су­пру­же­ско­го иму­ще­ства. При со­зда­нии до­го­вор­но­го ре­жи­ма су­пру­гам предо­став­ле­ны весь­ма ши­ро­кие права. Они впра­ве из­ме­нить уста­нов­лен­ный за­ко­ном режим сов­мест­ной соб­ствен­но­сти, уста­но­вить режим сов­мест­ной, до­ле­вой или раз­дель­ной соб­ствен­но­сти на всё иму­ще­ство су­пру­гов, на его от­дель­ные виды или на иму­ще­ство каж­до­го из су­пру­гов. На­при­мер, в до­го­во­ре можно преду­смот­реть, что все сдел­ки свыше опре­делённой суммы будут со­вер­шать­ся каж­дым из су­пру­гов толь­ко с пись­мен­но­го со­гла­сия дру­го­го. Воз­мож­но ис­клю­че­ние из со­ста­ва общ­но­сти не­ко­то­рых видов иму­ще­ства, на­при­мер пен­сий или по­со­бий, пред­ме­тов про­фес­си­о­наль­ной де­я­тель­но­сти, до­пол­ни­тель­ных до­хо­дов, дра­го­цен­но­стей, пред­ме­тов, ис­поль­зу­е­мых для хобби...

Режим раз­дель­но­сти в самом общем виде преду­смат­ри­ва­ет, что иму­ще­ство, при­об­ретённое в браке каж­дым из су­пру­гов, будет при­над­ле­жать этому су­пру­гу.

Су­пру­ги впра­ве опре­де­лить в брач­ном до­го­во­ре свои права и обя­зан­но­сти по вза­им­но­му со­дер­жа­нию, спо­со­бы уча­стия в до­хо­дах друг друга, по­ря­док не­се­ния каж­дым из них се­мей­ных рас­хо­дов; опре­де­лить иму­ще­ство, ко­то­рое будет пе­ре­да­но каж­до­му из су­пру­гов в слу­чае рас­тор­же­ния брака, а также вклю­чить в брач­ный до­го­вор любые иные по­ло­же­ния, ка­са­ю­щи­е­ся иму­ще­ствен­ных от­но­ше­ний су­пру­гов.

Брач­ный до­го­вор не может огра­ни­чи­вать пра­во­спо­соб­ность или дее­спо­соб­ность су­пру­гов, их право на об­ра­ще­ние в суд за за­щи­той своих прав. Брач­ный до­го­вор не может ре­гу­ли­ро­вать лич­ные не­иму­ще­ствен­ные от­но­ше­ния су­пру­гов; между су­пру­га­ми, права и обя­зан­но­сти су­пру­гов в от­но­ше­нии детей. Это свя­за­но с тем, что в брач­ный до­го­вор могут вклю­чать­ся толь­ко те права и обя­зан­но­сти, ко­то­рые в слу­чае не­ис­пол­не­ния могут быть осу­ществ­ле­ны при­ну­ди­тель­но. Обя­зан­но­сти, име­ю­щие чисто лич­ный ха­рак­тер, при­ну­ди­тель­но осу­ществ­ле­ны быть не могут.

Брач­ный до­го­вор не может также со­дер­жать усло­вия, на­прав­лен­ные на огра­ни­че­ние права не­тру­до­спо­соб­но­го нуж­да­ю­ще­го­ся су­пру­га на по­лу­че­ние али­мен­тов. При­ме­ни­тель­но к брач­но­му до­го­во­ру преду­смот­ре­но ещё одно спе­ци­фи­че­ское огра­ни­че­ние: брач­ный до­го­вор не дол­жен ста­вить од­но­го из су­пру­гов в край­не не­бла­го­при­ят­ное по­ло­же­ние.

Право и мо­раль как со­ци­аль­ные ре­гу­ля­то­ры не­из­мен­но имеют дело с про­бле­ма­ми сво­бод­ной воли ин­ди­ви­да и его от­вет­ствен­но­сти за свои дей­ствия. Право и мо­раль как важ­ней­шие эле­мен­ты цен­ност­ной ори­ен­та­ции че­ло­ве­ка не могли бы ни воз­ник­нуть, ни су­ще­ство­вать, если бы че­ло­век не был наделён сво­бод­ной волей. Они об­ра­ще­ны к ра­зу­му и воле че­ло­ве­ка, по­мо­гая ему адап­ти­ро­вать­ся к слож­но­му и из­мен­чи­во­му миру об­ще­ствен­ных от­но­ше­ний.

Право и мо­раль все­гда об­ра­ще­ны к сво­бод­ной воле ин­ди­ви­да. Вме­сте с тем они вы­сту­па­ют как «ме­ри­ла» этой сво­бо­ды, опре­де­ляя гра­ни­цы сво­бод­но­го по­ве­де­ния лич­но­сти. Но в этой общ­но­сти уже за­ло­же­ны свой­ства, опре­де­ля­ю­щие спе­ци­фи­ку права и мо­ра­ли. Право вы­сту­па­ет в ка­че­стве фор­маль­ной кон­крет­но-ис­то­ри­че­ски обу­слов­лен­ной меры сво­бо­ды. <...>

Право в силу своей при­ро­ды очер­чи­ва­ет сво­бо­ду внеш­них дей­ствий че­ло­ве­ка, оста­ва­ясь ней­траль­ным по от­но­ше­нию к внут­рен­ним мо­ти­вам его по­ве­де­ния. Иное дело  — мо­раль, ко­то­рая не толь­ко опре­де­ля­ет гра­ни­цы внеш­ней сво­бо­ды, но и тре­бу­ет внут­рен­не­го са­мо­опре­де­ле­ния лич­но­сти. И в этом смыс­ле мо­раль  — не­фор­маль­ный опре­де­ли­тель сво­бо­ды.

Раз­ли­чие ха­рак­те­ра сво­бо­ды в пра­во­вой и нрав­ствен­ной сфе­рах опре­де­ля­ет и раз­ли­чия в ха­рак­те­ре пра­во­вой и нрав­ствен­ной от­вет­ствен­но­сти. Раз­ли­чия в пра­во­вой и мо­раль­ной от­вет­ствен­но­сти со­сто­ят в ха­рак­те­ре мо­ти­ва­ции; в раз­ли­чии пра­во­вых и мо­раль­ных санк­ций и оце­ноч­ных ка­те­го­рий, ле­жа­щих в их ос­но­ве; в раз­ли­чии субъ­ек­тов, при­ме­ня­ю­щих эти санк­ции. <...>

Про­во­дя раз­ли­чия между пра­во­вы­ми и мо­раль­ны­ми санк­ци­я­ми, сле­ду­ет учи­ты­вать кон­крет­но-ис­то­ри­че­ские усло­вия, в ко­то­рых дей­ству­ют эти со­ци­аль­ные ре­гу­ля­то­ры. Боль­шая жёсткость пра­во­вых санк­ций по срав­не­нию с мо­раль­ны­ми  — это не уни­вер­саль­ное от­ли­чие, су­ще­ство­вав­шее во все эпохи и во всех об­ще­ствах. Сте­пень жёстко­сти мо­раль­ных санк­ций, как и пра­во­вых, была раз­лич­ной в раз­ные пе­ри­о­ды у раз­лич­ных на­ро­дов; кроме того, мо­раль­ные за­пре­ты не­ред­ко ста­но­ви­лись пра­во­вы­ми, а пра­во­вые  — мо­раль­ны­ми.

Нель­зя рас­смат­ри­вать в ка­че­стве аб­со­лют­но­го и такой при­знак от­ли­чия пра­во­вых санк­ций от мо­раль­ных, как фор­маль­ная их опре­делённость. Ис­сле­до­ва­ния эт­но­гра­фов по­ка­зы­ва­ют, что за­ча­стую мо­раль­ные за­пре­ты имели фик­си­ро­ван­ную шкалу санк­ций.

Спе­ци­фи­ка пра­во­вых санк­ций со­сто­ит не в их жёстко­сти и фор­маль­ной опре­делённо­сти, а в спо­со­бах обес­пе­че­ния, ко­то­рые не­раз­рыв­но свя­за­ны с го­су­дар­ством, рас­по­ла­га­ю­щим осо­бым на­бо­ром средств и ин­сти­ту­тов, спо­соб­ных при­нуж­дать к со­блю­де­нию пра­во­вых норм.

Сей­час осо­бен­но ак­туа­лен во­прос об укреп­ле­нии вы­со­кой куль­ту­ры каж­до­го граж­да­ни­на. Имен­но вы­со­кая куль­ту­ра дей­ствий и по­ступ­ков, чувств и по­буж­де­ний долж­на яв­лять­ся глав­ным ре­зуль­та­том раз­ви­тия лич­но­сти граж­да­ни­на на­ше­го об­ще­ства.

Че­ло­век с не­до­ста­точ­но раз­ви­той пра­во­вой куль­ту­рой, как пра­ви­ло, об­ра­ща­ет вни­ма­ние толь­ко на самые во­пи­ю­щие слу­чаи на­ру­ше­ния за­ко­на, на­при­мер пре­ступ­ле­ния, а дру­гие мно­го­чис­лен­ные слу­чаи иг­но­ри­ро­ва­ния права оста­ют­ся им не­за­ме­чен­ны­ми. Пра­во­вое со­зна­ние даёт пред­став­ле­ние о ду­хов­ных цен­но­стях лич­но­сти и об­ще­ства с субъ­ек­тив­ной сто­ро­ны. Чтобы уяс­нить ме­ха­низм пра­во­во­го воз­дей­ствия на об­ще­ствен­ные от­но­ше­ния не­об­хо­ди­мо осво­ить такую ка­те­го­рию, как пра­во­вая куль­ту­ра. Эта ка­те­го­рия ис­поль­зу­ет­ся для ха­рак­те­ри­сти­ки пра­во­вой си­сте­мы стра­ны. При ана­ли­зе пра­во­вой куль­ту­ры об­ще­ства изу­ча­ют пра­во­вые фе­но­ме­ны, опи­сы­ва­ют и при­во­дят объ­яс­не­ния цен­но­стей, иде­а­лов и до­сти­же­ний в пра­во­вой сфере, ко­то­рые от­ра­жа­ют объём прав и сво­бод че­ло­ве­ка и сте­пень его защищённо­сти в дан­ном об­ще­стве.

Пра­во­вая куль­ту­ра фор­ми­ру­ет­ся по­сте­пен­но. Сна­ча­ла за­кла­ды­ва­ет­ся фун­да­мент. Под вли­я­ни­ем окру­жа­ю­щей среды по­яв­ля­ют­ся пред­став­ле­ния о про­стых, но не­об­хо­ди­мых пра­ви­лах вза­и­мо­от­но­ше­ний между лю­дь­ми. На­ря­ду с этим на­се­ле­ние овла­де­ва­ет пра­во­вы­ми зна­ни­я­ми и уме­ни­я­ми  — ос­но­вой пра­во­со­зна­ния. Сюда вхо­дят кон­крет­ные пра­во­вые нормы (уго­лов­но­го, ад­ми­ни­стра­тив­но­го, се­мей­но­го и про­че­го права), по­ло­же­ния пра­во­вой тео­рии и факты ис­то­рии права. Этот уро­вень раз­ви­тия пра­во­во­го со­зна­ния опре­де­ля­ет, на­сколь­ко ин­фор­ми­ро­ва­но в пра­во­вом от­но­ше­нии на­се­ле­ние, его со­ци­аль­ные, воз­раст­ные, про­фес­си­о­наль­ные и иные груп­пы, на­сколь­ко глу­бо­ко осво­е­ны им такие пра­во­вые фе­но­ме­ны, как цен­ность прав и сво­бод че­ло­ве­ка, цен­ность пра­во­вой про­це­ду­ры при ре­ше­нии спо­ров, по­ис­ка ком­про­мис­сов и так далее. Но для того чтобы сфор­ми­ро­ва­лась пра­во­вая куль­ту­ра, одних зна­ний не­до­ста­точ­но. Такой обы­ден­ный уро­вень огра­ни­чен по­все­днев­ны­ми рам­ка­ми жизни людей при их со­при­кос­но­ве­нии с пра­во­вы­ми яв­ле­ни­я­ми. Нель­зя мыс­лить, опи­ра­ясь толь­ко лишь на зна­ния и уме­ния. Пра­во­вая куль­ту­ра пред­по­ла­га­ет оцен­ку всех сто­рон пра­во­вой прак­ти­ки. Стал­ки­ва­ясь с яв­ле­ни­я­ми окру­жа­ю­щей среды, че­ло­век дол­жен опре­де­лить не толь­ко нрав­ствен­ное, но и пра­во­вое со­дер­жа­ние (в со­от­вет­ствии с за­ко­ном или про­ти­во­за­кон­но), уметь оце­нить их с юри­ди­че­ской точки зре­ния.

Пра­во­вая идео­ло­гия, охва­ты­ва­е­мая по­ня­ти­ем «пра­во­вая си­сте­ма», пред­став­ля­ет собой ак­тив­ную часть пра­во­со­зна­ния. Пра­во­со­зна­ние  — это от­но­ше­ние людей к праву. По­зи­тив­ное право как кри­те­рий пра­во­мер­но­сти по­ве­де­ния дей­ству­ет все­гда в опре­делённой среде  — эко­но­ми­че­ской, по­ли­ти­че­ской, нрав­ствен­ной. Су­ще­ствен­ное зна­че­ние имеет здесь субъ­ек­тив­но-пси­хи­че­ская среда, вы­ра­жа­ю­щая от­но­ше­ние людей к праву (дей­ству­ю­ще­му, пред­по­ла­га­е­мо­му и же­ла­е­мо­му). Такие от­но­ше­ния людей к праву и пред­став­ля­ют собой пра­во­со­зна­ние.

Клю­че­вой пункт пра­во­со­зна­ния  — осо­зна­ние лю­дь­ми цен­но­стей права и од­но­вре­мен­но пред­став­ле­ния о дей­ству­ю­щем по­зи­тив­ном праве, о том, на­сколь­ко оно со­от­вет­ству­ет тре­бо­ва­ни­ям ра­зу­ма и спра­вед­ли­во­сти, пра­во­вым цен­но­стям и иде­а­лам.

Раз­ли­ча­ет­ся пра­во­со­зна­ние на­уч­ное, про­фес­си­о­наль­ное, обы­ден­ное, а также мас­со­вое, груп­по­вое, ин­ди­ви­ду­аль­ное. Эти раз­но­вид­но­сти пра­во­со­зна­ния по-раз­но­му вли­я­ют  — но все они вли­я­ют!  — на со­вер­шен­ство за­ко­но­да­тель­ства, эф­фек­тив­ность ра­бо­ты суда, всех пра­во­охра­ни­тель­ных ор­га­нов, на то, на­сколь­ко граж­да­не стра­ны яв­ля­ют­ся за­ко­но­по­слуш­ны­ми, доб­ро­воль­но, стро­го, точно ис­пол­ня­ют нормы по­зи­тив­но­го права, какие они вы­дви­га­ют пра­во­вые тре­бо­ва­ния.

Пра­во­вая куль­ту­ра  — это общее со­сто­я­ние «юри­ди­че­ских дел» в об­ще­стве, то есть со­сто­я­ние за­ко­но­да­тель­ства, по­ло­же­ния и ра­бо­ты суда, всех пра­во­охра­ни­тель­ных ор­га­нов, пра­во­со­зна­ния всего на­се­ле­ния стра­ны, вы­ра­жа­ю­щее уро­вень раз­ви­тия права и пра­во­со­зна­ния, их место в жизни об­ще­ства, усво­е­ние пра­во­вых цен­но­стей, их ре­а­ли­за­цию на прак­ти­ке, осу­ществ­ле­ние тре­бо­ва­ния вер­хо­вен­ства права.

Одним из по­ка­за­те­лей пра­во­вой куль­ту­ры яв­ля­ет­ся пра­во­вая вос­пи­тан­ность каж­до­го че­ло­ве­ка, то есть над­ле­жа­щий, вы­со­кий уро­вень пра­во­со­зна­ния, про­яв­ля­ю­щий­ся не толь­ко в за­ко­но­по­слу­ша­нии, но и в пра­во­вой ак­тив­но­сти, в пол­ном и эф­фек­тив­ном ис­поль­зо­ва­нии пра­во­вых средств в прак­ти­че­ской де­я­тель­но­сти, в стрем­ле­нии в любом деле утвер­дить пра­во­вые на­ча­ла как выс­шие цен­но­сти ци­ви­ли­за­ции.

«Пра­во­вая куль­ту­ра»  — яв­ле­ние более ши­ро­кое и ёмкое, чем про­сто над­ле­жа­щий уро­вень пра­во­со­зна­ния; глав­ное в пра­во­вой куль­ту­ре  — вы­со­кое раз­ви­тие всей пра­во­вой си­сте­мы, до­стой­ное место права в жизни об­ще­ства, осу­ществ­ле­ние его вер­хо­вен­ства и со­от­вет­ству­ю­щее этому по­ло­же­ние дел во всем «юри­ди­че­ском хо­зяй­стве» стра­ны (под­го­тов­ка и ста­тус юри­ди­че­ских кад­ров, роль юри­ди­че­ских служб во всех под­раз­де­ле­ни­ях го­су­дар­ствен­ной си­сте­мы, по­ло­же­ние ад­во­ка­ту­ры, раз­ви­тость на­уч­ных учре­жде­ний по во­про­сам права, уро­вень пра­во­во­го об­ра­зо­ва­ния и так далее).

Пра­во­по­ря­док  — это си­сте­ма об­ще­ствен­ных от­но­ше­ний, ко­то­рая уста­нав­ли­ва­ет­ся в ре­зуль­та­те точ­но­го и пол­но­го осу­ществ­ле­ния пред­пи­са­ний пра­во­вых норм всеми субъ­ек­та­ми права. Пра­во­по­ря­док со­став­ля­ет ре­аль­ную ос­но­ву со­вре­мен­ной ци­ви­ли­зо­ван­ной жизни об­ще­ства.

В фор­ми­ро­ва­нии пра­во­во­го по­ряд­ка участ­ву­ют все эле­мен­ты ме­ха­низ­ма пра­во­во­го ре­гу­ли­ро­ва­ния об­ще­ствен­ных от­но­ше­ний. Их при­чин­но-след­ствен­ная связь со­став­ля­ет ос­но­ву пра­во­вой жизни об­ще­ства, ко­то­рая и при­во­дит в ко­неч­ном счете к уста­нов­ле­нию пра­во­во­го по­ряд­ка.

Нормы права  — это нор­ма­тив­ная пред­по­сыл­ка пра­во­по­ряд­ка, пер­вич­ное звено ме­ха­низ­ма пра­во­во­го ре­гу­ли­ро­ва­ния, мо­де­ли­ру­ю­щее «иде­аль­ный» пра­во­по­ря­док.

Пра­во­от­но­ше­ния  — эле­мент ме­ха­низ­ма пра­во­во­го ре­гу­ли­ро­ва­ния, обес­пе­чи­ва­ю­щий пе­ре­ход от иде­аль­но­го, пред­по­ла­га­е­мо­го за­ко­но­да­те­лем пра­во­по­ряд­ка к уста­нов­ле­нию кон­крет­но­го воз­мож­но­го или долж­но­го по­ве­де­ния участ­ни­ков об­ще­ствен­ных от­но­ше­ний, преду­смот­рен­но­го пра­во­вы­ми нор­ма­ми. На этом этапе к ме­ха­низ­му пра­во­во­го ре­гу­ли­ро­ва­ния под­клю­ча­ет­ся за­кон­ность, при­зван­ная га­ран­ти­ро­вать воз­мож­ное и долж­ное по­ве­де­ние субъ­ек­тов пра­во­от­но­ше­ний.

Акты ре­а­ли­за­ции юри­ди­че­ских прав и обя­зан­но­стей яв­ля­ют­ся за­вер­ша­ю­щей пред­по­сыл­кой пра­во­по­ряд­ка. В усло­ви­ях ре­жи­ма за­кон­но­сти права и обя­зан­но­сти участ­ни­ков пра­во­от­но­ше­ний ре­аль­но во­пло­ща­ют­ся в их по­ве­де­нии, до­сти­га­ют своей цели и, таким об­ра­зом, пе­ре­хо­дят в такую си­сте­му об­ще­ствен­ных от­но­ше­ний, ко­то­рая и об­ра­зу­ет пра­во­вой по­ря­док.

Со­дер­жа­ние пра­во­по­ряд­ка со­став­ля­ет пра­во­мер­ное по­ве­де­ние субъ­ек­тов, то есть такое по­ве­де­ние, ко­то­рое уре­гу­ли­ро­ва­но нор­ма­ми права и до­стиг­ло целей пра­во­во­го ре­гу­ли­ро­ва­ния.

Струк­ту­ра пра­во­по­ряд­ка  — это един­ство и од­но­вре­мен­ное раз де­ле­ние уре­гу­ли­ро­ван­ной пра­вом си­сте­мы об­ще­ствен­ных от­но­ше­ний в со­от­вет­ствии с осо­бен­но­стя­ми их от­рас­ле­во­го со­дер­жа­ния.

Пра­во­по­ря­док есть ре­а­ли­зо­ван­ная си­сте­ма права. Он вклю­ча­ет кон­сти­ту­ци­он­ные, ад­ми­ни­стра­тив­ные, фи­нан­со­вые, зе­мель­ные, се­мей­ные и дру­гие виды об­ще­ствен­ных от­но­ше­ний, уре­гу­ли­ро­ван­ные нор­ма­ми со­от­вет­ству­ю­щих от­рас­лей права. В струк­тур­ном от­но­ше­нии пра­во­по­ря­док от­ра­жа­ет ре­а­ли­зо­ван­ные эле­мен­ты си­сте­мы права. В этой связи в струк­ту­ре пра­во­по­ряд­ка вы­де­ля­ют­ся не толь­ко от­рас­ле­вые, но и более дроб­ные груп­пы от­но­ше­ний, ко­то­рые уре­гу­ли­ро­ва­ны по­до­т­рас­ля­ми и ин­сти­ту­та­ми права.

Осо­бен­ность пра­во­по­ряд­ка как спе­ци­фи­че­ской си­сте­мы об­ще­ствен­ных от­но­ше­ний вы­ра­жа­ет­ся в том, что скла­ды­ва­ет­ся он толь­ко на ос­но­ве пра­во­вых норм и в силу этого охра­ня­ет­ся го­су­дар­ством. По­это­му пра­во­по­ряд­ком охва­ты­ва­ют­ся да­ле­ко не все от­но­ше­ния, име­ю­щие место в об­ще­стве. Опре­де­лен­ная часть об­ще­ствен­ной жизни не нуж­да­ет­ся в пра­во­вой ре­гла­мен­та­ции. Она на­хо­дит­ся в сфере дей­ствия норм мо­ра­ли, норм раз­лич­ных об­ще­ствен­ных ор­га­ни­за­ций и дру­гих не­пра­во­вых нор­ма­тив­ных ре­гу­ля­то­ров. В этом смыс­ле пра­во­по­ря­док яв­ля­ет­ся лишь эле­мен­том общей си­сте­мы об­ще­ствен­ных от­но­ше­ний, скла­ды­ва­ю­щей­ся под воз­дей­стви­ем нор­ма­тив­но­го ре­гу­ли­ро­ва­ния.

Под нор­мой меж­ду­на­род­но­го права по­ни­ма­ет­ся пра­ви­ло по­ве­де­ния, ко­то­рое приз­наётся го­су­дар­ства­ми и дру­ги­ми субъ­ек­та­ми меж­ду­на­род­но­го права в ка­че­стве юри­ди­че­ски обя­за­тель­но­го.

Нормы меж­ду­на­род­но­го права сле­ду­ет от­ли­чать от так на­зы­ва­е­мых обык­но­ве­ний, или норм меж­ду­на­род­ной веж­ли­во­сти, ко­то­рые субъ­ек­ты меж­ду­на­род­но­го права со­блю­да­ют во вза­им­ных от­но­ше­ни­ях. Од­на­ко если меж­ду­на­род­но-пра­во­вые нормы  — это юри­ди­че­ски обя­за­тель­ные пра­ви­ла по­ве­де­ния, то обык­но­ве­ния, или нормы меж­ду­на­род­ной веж­ли­во­сти, ли­ше­ны ка­че­ства юри­ди­че­ски обя­за­тель­ных. На­ру­ше­ние норм меж­ду­на­род­но­го права даёт ос­но­ва­ние для меж­ду­на­род­но-пра­во­вой от­вет­ствен­но­сти, а на­ру­ше­ние обык­но­ве­ния такой от­вет­ствен­но­сти не влечёт...

Ряд норм меж­ду­на­род­но­го права на­зы­ва­ют прин­ци­па­ми. Хотя это те же меж­ду­на­род­но-пра­во­вые нормы, но одни из них из­дав­на на­зы­ва­лись прин­ци­па­ми, дру­гие стали на­зы­вать­ся так B силу своей зна­чи­мо­сти и роли B меж­ду­на­род­но-пра­во­вом ре­гу­ли­ро­ва­нии. В то же время име­ют­ся от­дель­ные прин­ци­пы, ко­то­рые носят общий ха­рак­тер по срав­не­нию c дру­ги­ми меж­ду­на­род­но-пра­во­вы­ми нор­ма­ми и имеют наи­важ­ней­шее зна­че­ние для меж­ду­на­род­но­го со­об­ще­ства в деле под­дер­жа­ния меж­ду­на­род­но­го пра­во­по­ряд­ка. Среди прин­ци­пов вы­де­ля­ют­ся ос­нов­ные прин­ци­пы меж­ду­на­род­но­го права, со­став­ля­ю­щие фун­да­мент меж­ду­на­род­но­го пра­во­по­ряд­ка. На­ру­ше­ние го­су­дар­ством ка­ко­го-либо ос­нов­но­го прин­ци­па может рас­смат­ри­вать­ся меж­ду­на­род­ным со­об­ще­ством как по­ся­га­тель­ство на весь меж­ду­на­род­ный пра­во­по­ря­док. К ос­нов­ным от­но­сят­ся прин­ци­пы су­ве­рен­но­го ра­вен­ства, не­вме­ша­тель­ства во внут­рен­ние дела, за­пре­та при­ме­не­ния силы или угро­зы силой, со­блю­де­ния меж­ду­на­род­ных обя­за­тельств, мир­но­го раз­ре­ше­ния меж­ду­на­род­ных спо­ров и др. Пра­во­вые нормы и ин­сти­ту­ты объ­еди­ня­ют­ся в от­рас­ли меж­ду­на­род­но­го права. Не­ко­то­рые от­рас­ли (на­при­мер, меж­ду­на­род­ное мор­ское право и ди­пло­ма­ти­че­ское право) су­ще­ству­ют с дав­них времён, дру­гие (на­при­мер, меж­ду­на­род­ное атом­ное право и меж­ду­на­род­ное кос­ми­че­ское право) воз­ник­ли срав­ни­тель­но не­дав­но...

Про­цесс, спо­со­бы и формы со­зда­ния норм меж­ду­на­род­но­го права от­ли­ча­ют­ся от со­зда­ния норм внут­рен­не­го права. В меж­ду­на­род­ных от­но­ше­ни­ях нет каких-либо за­ко­но­да­тель­ных ор­га­нов, ко­то­рые могли бы при­ни­мать пра­во­вые нормы без уча­стия самих субъ­ек­тов си­сте­мы меж­ду­на­род­но­го права. Меж­ду­на­род­но-пра­во­вые нормы со­зда­ют­ся са­ми­ми субъ­ек­та­ми меж­ду­на­род­но­го права. Един­ствен­ным спо­со­бом со­зда­ния меж­ду­на­род­но-пра­во­вых норм яв­ля­ет­ся со­гла­ше­ние субъ­ек­тов меж­ду­на­род­но­го права. Толь­ко субъ­ек­ты меж­ду­на­род­но­го права при­да­ют тем или иным пра­ви­лам сво­е­го по­ве­де­ния ка­че­ство юри­ди­че­ской обя­за­тель­но­сти.

По­сколь­ку в меж­ду­на­род­ных от­но­ше­ни­ях нет каких-либо над­го­су­дар­ствен­ных ор­га­нов при­нуж­де­ния, со­блю­де­ние и ис­пол­не­ние меж­ду­на­род­но-пра­во­вых норм в ос­нов­ном осу­ществ­ля­ет­ся субъ­ек­та­ми этой си­сте­мы права на доб­ро­воль­ной ос­но­ве...

В про­цес­се уча­стия в меж­ду­на­род­ном об­ще­нии, по­сто­ян­но всту­пая в от­но­ше­ния друг с дру­гом, субъ­ек­ты меж­ду­на­род­но­го права не толь­ко дей­ству­ют в со­от­вет­ствии с су­ще­ству­ю­щи­ми нор­ма­ми меж­ду­на­род­но­го права, но и вно­сят не­об­хо­ди­мые уточ­не­ния, до­пол­не­ния и из­ме­не­ния в их со­дер­жа­ние, а также со­зда­ют новые нормы.

Таким об­ра­зом, со­зда­ние меж­ду­на­род­но-пра­во­вых норм  — это не­пре­рыв­ный про­цесс.

Если само право  — это со­ци­аль­но-ре­гу­ля­тив­ная си­сте­ма, то ре­гу­ли­ру­ет она пре­жде всего и глав­ным об­ра­зом по­ве­де­ние че­ло­ве­ка, то, как он дей­ству­ет, как дол­жен дей­ство­вать. Вот по­че­му тео­рия права тра­ди­ци­он­но об­ра­ща­ет­ся пре­жде всего к ха­рак­те­ри­сти­ке по­ве­де­ния, вы­ра­ба­ты­вая кри­те­рии, ко­то­рые поз­во­ли­ли бы оце­нить кон­крет­ное по­ве­де­ние. Ведь имен­но по­ве­де­ние вы­сту­па­ет ито­гом, ре­зуль­та­том ре­а­ли­за­ции права, и толь­ко эти оцен­ки могут от­ве­тить на во­прос  — со­от­вет­ству­ет ли по­ве­де­ние пра­во­вым тре­бо­ва­ни­ям или, на­про­тив, от­кло­ня­ет­ся от этих тре­бо­ва­ний, пра­во­мер­но ли оно или про­ти­во­прав­но... Таким об­ра­зом, юри­ди­че­ский ин­те­рес к по­ве­де­нию  — это также одно из важ­ных на­прав­ле­ний в по­зна­нии права как це­лост­но­го со­ци­аль­но­го ин­сти­ту­та. Тео­рия права при этом вы­де­ля­ет и фор­му­ли­ру­ет толь­ко то, что ор­га­нич­но свя­зы­ва­ет по­ве­де­ние с пра­во­вым воз­дей­стви­ем, с ре­гу­ля­тив­ной при­ро­дой права.

На пер­вом месте при этом ока­зы­ва­ет­ся про­бле­ма мо­ти­вов по­ве­де­ния: участ­ву­ют ли в фор­ми­ро­ва­нии этих мо­ти­вов пра­во­вые тре­бо­ва­ния или их при­ро­да знает иные, может быть, более глу­бо­кие пла­сты, при­чи­ны. Ко­неч­но, это об­ласть зна­ния не толь­ко тео­рии права. Здесь она ос­но­ва­тель­но пе­ре­се­ка­ет­ся с дру­ги­ми на­у­ка­ми, и пре­жде всего  — с пси­хо­ло­ги­ей. Тео­рия права в этой об­ла­сти во мно­гом ис­поль­зу­ет со­вре­мен­ные на­ра­бот­ки имен­но пси­хо­ло­гии, осо­бен­но  — со­ци­аль­ной пси­хо­ло­гии.

Со­вре­мен­ный на­уч­ный уро­вень зна­ния по­сле­до­ва­тель­но свя­зы­ва­ет мо­ти­вы по­ве­де­ния с ин­те­ре­са­ми, опре­де­ляя по­след­ние как объ­ек­тив­ные или субъ­ек­тив­ные по­треб­но­сти жиз­не­де­я­тель­но­сти субъ­ек­тов права. Раз­ли­ча­ют лич­ные, об­ще­ствен­ные, го­су­дар­ствен­ные, на­ци­о­наль­ные и иные ин­те­ре­сы.

У фи­зи­че­ских лиц ин­те­рес все­гда фор­ми­ру­ет те или иные лич­ност­ные уста­нов­ки, пред­рас­по­ло­жен­но­сти, штам­пы, цен­ност­ные ори­ен­ти­ры, цели, спо­со­бы их до­сти­же­ния и иные со­зна­тель­ные и эмо­ци­о­наль­ные сто­ро­ны по­ве­де­ния, ко­то­рые знать и учи­ты­вать осо­бен­но важно при пра­во­при­ме­не­нии.

Эти уста­нов­ки могут фор­ми­ро­вать раз­лич­ные сте­рео­ти­пы по­ве­де­ния лич­но­сти. На­при­мер, праг­ма­ти­че­ские, когда всё по­ве­де­ние субъ­ек­та права оце­ни­ва­ет­ся, «про­пус­ка­ет­ся» сквозь приз­му вы­год­но­сти или па­губ­но­сти «для себя». Одной из пси­хо­ло­ги­че­ских форм та­ко­го по­ве­де­ния яв­ля­ет­ся эго­изм и его край­ние про­яв­ле­ния в виде эго­цен­триз­ма. Вме­сте c тем эго­изм может фор­ми­ро­вать мо­ти­вы пред­при­им­чи­во­сти, де­ло­ви­то­сти, ка­рьер­но­сти (a не толь­ко ка­рье­риз­ма), что в общем не за­слу­жи­ва­ет не­га­тив­ной оцен­ки.

В свою оче­редь, иные уста­нов­ки могут фор­ми­ро­вать мо­ти­вы, опре­де­ля­ю­щие по­ве­де­ние, по­лез­ное для «ближ­не­го», для об­ще­ства, так на­зы­ва­е­мые аль­тру­и­сти­че­ские мо­ти­вы. Аль­тру­изм, так же как и эго­изм, имеет раз­лич­ные уров­ни и формы про­яв­ле­ния и также опре­де­ля­ет­ся в ко­неч­ном счёте осо­знан­ны­ми или «про­чув­ство­ван­ны­ми» ин­те­ре­са­ми. Одна из древ­них аль­тру­и­сти­че­ских форм  — это уста­нов­ка на са­мо­по­жерт­во­ва­ние для по­мо­щи тому, кто в этом нуж­да­ет­ся‚ во имя об­ще­ствен­ных иде­а­лов и целей.

Си­сте­ма права  — это объ­ек­тив­ное пра­во­вое яв­ле­ние, ко­то­рое фор­ми­ру­ет­ся на ос­но­ве общих за­ко­но­мер­но­стей об­ще­ствен­ной жизни. Яв­ля­ясь от­ра­же­ни­ем ре­аль­но су­ще­ству­ю­щей си­сте­мы об­ще­ствен­ных от­но­ше­ний, си­сте­ма права стро­ит­ся не по про­из­воль­но­му усмот­ре­нию людей, а на ос­но­ве объ­ек­тив­ной дей­стви­тель­но­сти.

С одной сто­ро­ны, нормы права  — это про­дукт субъ­ек­тив­ной, со­зна­тель­но-во­ле­вой де­я­тель­но­сти право­твор­че­ских ор­га­нов. С дру­гой сто­ро­ны, нормы права ста­но­вят­ся есте­ствен­ным эле­мен­том си­сте­мы права лишь. В слу­чае объ­ек­тив­но­го от­ра­же­ния по­треб­но­стей об­ще­ствен­ной жизни, опре­де­ляя мак­си­маль­ную меру сво6оды и спра­вед­ли­во­сти в со­ци­аль­ных от­но­ше­ни­ях. По­это­му нормы права объ­ек­тив­но, не­за­ви­си­мо от воли право­твор­че­ско­го ор­га­на, объ­еди­ня­ют­ся в от­но­си­тель­но са­мо­сто­я­тель­ные груп­пы норм, ко­то­рые ре­гу­ли­ру­ют дан­ные от­но­ше­ния. Право­твор­че­ский орган не может по сво­е­му усмот­ре­нию, про­из­воль­но от­не­сти из­дан­ную им норму права к той или иной от­рас­ли права. Если норма из­да­на для ре­гу­ли­ро­ва­ния опре­делённого вида об­ще­ствен­ных от­но­ше­ний, то она объ­ек­тив­но вхо­дит в ту от­расль права, ко­то­рая ре­гу­ли­ру­ет эти от­но­ше­ния.

Си­сте­ма за­ко­но­да­тель­ства стро­ит­ся по иному прин­ци­пу. В её фор­ми­ро­ва­нии зна­чи­тель­ное место за­ни­ма­ет субъ­ек­тив­ный фак­тор, обу­слов­лен­ный по­треб­но­стью пра­во­вой прак­ти­ки, не­об­хо­ди­мо­стью учи­ты­вать из­ме­ня­ю­щи­е­ся формы че­ло­ве­че­ско­го об­ще­ния...

Си­сте­ма за­ко­но­да­тель­ства  — это со­во­куп­ность ис­точ­ни­ков права, ко­то­рые яв­ля­ют­ся фор­мой вы­ра­же­ния пра­во­вых норм. По­это­му право не су­ще­ству­ет вне за­ко­но­да­тель­ства. Они со­от­но­сят­ся как форма и со­дер­жа­ние. Имен­но в за­ко­но­да­тель­стве (ис­точ­ни­ках права) пра­во­вые нормы и их раз­лич­ные струк­тур­ные об­ра­зо­ва­ния по­лу­ча­ют своё ре­аль­ное вы­ра­же­ние, внеш­нее про­яв­ле­ние. В этом смыс­ле си­сте­ма права и си­сте­ма за­ко­но­да­тель­ства в целом сов­па­да­ют.

Вме­сте с тем они раз­ли­ча­ют­ся по струк­тур­ным эле­мен­там и по сво­е­му со­дер­жа­нию. Как от­ме­ча­лось выше, пер­вич­ным эле­мен­том си­сте­мы яв­ля­ет­ся норма права, со­сто­я­щая из ги­по­те­зы, дис­по­зи­ции и санк­ции. Пер­вич­ным же эле­мен­том си­сте­мы за­ко­но­да­тель­ства яв­ля­ет­ся ста­тья нор­ма­тив­но-пра­во­во­го акта, ко­то­рая не все­гда со­дер­жит все три струк­тур­ных эле­мен­та пра­во­вой нормы... Более того, в одном и том же нор­ма­тив­ном акте могут со­дер­жать­ся нормы раз­лич­ных от­рас­лей права, ко­то­рые обес­пе­чи­ва­ют­ся санк­ци­я­ми, со­дер­жа­щи­ми­ся в дру­гих нор­ма­тив­ных актах...

Раз­но­об­ра­зие и вза­и­мо­связь со­ци­аль­ных от­но­ше­ний, воз­ни­ка­ю­щих в раз­лич­ных сфе­рах об­ще­ствен­ной жизни, не­об­хо­ди­мость их эф­фек­тив­ной ор­га­ни­за­ции обу­слов­ли­ва­ют со­зда­ние в си­сте­ме за­ко­но­да­тель­ства таких струк­тур­ных эле­мен­тов, ко­то­рые не сов­па­да­ют с си­сте­мой права. По­это­му от­рас­ли права не все­гда со­от­вет­ству­ют от­рас­лям за­ко­но­да­тель­ства.

Важ­ная сто­ро­на в су­ще­ство­ва­нии и ди­на­ми­ке пра­во­от­но­ше­ний  — юри­ди­че­ские факты. Юри­ди­че­ский факт  — это кон­крет­ное жиз­нен­ное об­сто­я­тель­ство, с ко­то­рым нормы права свя­зы­ва­ет воз­ник­но­ве­ние, из­ме­не­ние или пре­кра­ще­ние пра­во­от­но­ше­ний. Юри­ди­че­ски­ми фак­та­ми яв­ля­ют­ся, на­при­мер, до­го­вор, акт на­зна­че­ния на долж­ность, такое со­бы­тие, как смерть лица, в на­след­ствен­ных от­но­ше­ни­ях. Не­ред­ко юри­ди­че­ские по­след­ствия по­рож­да­ет не один какой-либо факт, а их со­во­куп­ность. На­при­мер, для воз­ник­но­ве­ния пен­си­он­ных от­но­ше­ний не­об­хо­ди­мы по край­ней мере три факта  — воз­раст, стаж и акт на­зна­че­ния пен­сии. Такая со­во­куп­ность фак­тов, не­об­хо­ди­мая для того, чтобы воз­ник­ли юри­ди­че­ские по­след­ствия, на­зы­ва­ет­ся фак­ти­че­ским со­ста­вом.

Клас­си­фи­ка­ция юри­ди­че­ских фак­тов про­из­во­дит­ся по не­сколь­ким ос­но­ва­ни­ям. В том числе по ха­рак­те­ру юри­ди­че­ских по­след­ствий, по во­ле­во­му при­зна­ку.

По ха­рак­те­ру по­след­ствий юри­ди­че­ские факты под­раз­де­ля­ют­ся на пра­во­об­ра­зу­ю­щие; пра­во­из­ме­ня­ю­щие; пра­во­пре­кра­ща­ю­щие.

Здесь нужно иметь в виду, что один и тот же факт (на­при­мер, купля-про­да­жа вещи) од­но­вре­мен­но в раз­ных пра­во­от­но­ше­ни­ях может иметь раз­лич­ные по­след­ствия. Для про­дав­ца  — зна­че­ние пра­во­пре­кра­ща­ю­ще­го факта, для по­ку­па­те­ля пра­во­об­ра­зу­ю­ще­го. Слож­ным, раз­ветвлённым яв­ля­ет­ся де­ле­ние юри­ди­че­ских фак­тов по во­ле­во­му при­зна­ку. Здесь юри­ди­че­ские факты пре­жде всего под­раз­де­ля­ют­ся на со­бы­тия (по­рож­да­е­мые ими пра­во­вые по­след­ствия не за­ви­сят от воли людей  — рож­де­ние че­ло­ве­ка, при­род­ное сти­хий­ное яв­ле­ние); дей­ствия (по­рож­да­е­мые ими пра­во­вые по­след­ствия за­ви­сят от воли людей  — до­го­во­ры, пра­во­на­ру­ше­ния и так далее).

Дей­ствия, в свою оче­редь, под­раз­де­ля­ют­ся на пра­во­мер­ные и не­пра­во­мер­ные. Причём и y тех, и у дру­гих есть по­сле­ду­ю­щие от­ветв­ле­ния, раз­но­вид­но­сти. Важно, на­при­мер, ви­деть осо­бен­но­сти такой раз­но­вид­но­сти пра­во­мер­ных дей­ствий, как юри­ди­че­ские акты, то есть пра­во­мер­ные дей­ствия, на­прав­лен­ные на опре­делённые юри­ди­че­ские по­след­ствия, на­при­мер до­го­вор.

При раз­гра­ни­че­нии видов юри­ди­че­ских фак­тов нель­зя сме­ши­вать тер­ми­ны «про­ступ­ки» и «по­ступ­ки». Про­ступ­ки  — это не­пра­во­мер­ные дей­ствия (пра­во­на­ру­ше­ния), наи­бо­лее опас­ная их раз­но­вид­ность  — пре­ступ­ле­ния. По­ступ­ки же, на­про­тив, есть раз­но­вид­ность пра­во­мер­ных дей­ствий, ко­то­рые, од­на­ко, в от­ли­чие от юри­ди­че­ских актов, могут и не быть на­прав­ле­ны на опре­делённые юри­ди­че­ские по­след­ствия, но они при­во­дят к таким по­след­стви­ям не­по­сред­ствен­но в силу норм права. На­при­мер, на­ход­ка клада: желал или нет граж­да­нин, на­шед­ший клад, по­лу­чить воз­на­граж­де­ние, право на него воз­ни­ка­ет не­по­сред­ствен­но в силу за­ко­на.

Причём толь­ко со­во­куп­ность этих эле­мен­тов поз­во­ля­ет го­во­рить о на­ли­чии или от­сут­ствии кон­крет­но­го пра­во­на­ру­ше­ния.

Пра­во­на­ру­ше­ние  — это не столь­ко юри­ди­че­ское, сколь­ко со­ци­аль­ное яв­ле­ние, так как общим объ­ек­том всех пра­во­на­ру­ше­ний яв­ля­ют­ся со­ци­аль­ные сущ­но­сти, пре­жде всего пра­во­по­ря­док. Пра­во­по­ря­док как наи­бо­лее общий объ­ект пра­во­на­ру­ше­ния ха­рак­те­ри­зу­ет юри­ди­че­ское со­сто­я­ние об­ще­ствен­ных от­но­ше­ний, пред­став­ля­ет сум­мар­ный итог, ре­зуль­тат со­блю­де­ния, ис­пол­не­ния, ис­поль­зо­ва­ния и при­ме­не­ния пра­во­вых норм в об­ще­стве. По­нят­но, что любое пра­во­на­ру­ше­ние в той или иной сте­пе­ни ослаб­ля­ет пра­во­по­ря­док, вы­би­ва­ет из-под него то или иное ос­но­ва­ние, раз­ру­ша­ет то или иное звено.

По­это­му любое пра­во­на­ру­ше­ние на­но­сит ущерб, при­чи­ня­ет вред устой­чи­во­сти, ста­биль­но­сти жизни об­ще­ства, лич­ным и об­ще­ствен­ным ин­те­ре­сам, а в ко­неч­ном счёте  — пра­во­по­ряд­ку.

Кроме этого об­ще­го объ­ек­та пра­во­на­ру­ше­ния, тео­рия права вы­де­ля­ет кон­крет­ный объ­ект каж­до­го пра­во­на­ру­ше­ния. Это могут быть права и сво­бо­ды че­ло­ве­ка, его жизнь и здо­ро­вье, соб­ствен­ность и без­опас­ность. Это могут быть иму­ще­ствен­ные и фи­нан­со­вые ин­те­ре­сы юри­ди­че­ско­го лица, эко­ло­ги­че­ские ин­те­ре­сы, это может быть и сфера го­су­дар­ствен­но­го устрой­ства  — ос­но­вы кон­сти­ту­ци­он­но­го строя, форма прав­ле­ния, по­ли­ти­че­ский режим, во­ен­ная сфера и так далее. Важно под­черк­нуть, что объ­ект пра­во­на­ру­ше­ния  — это все­гда лич­ное и об­ще­ствен­ное благо, ко­то­рое охра­ня­ет­ся, обес­пе­чи­ва­ет­ся пра­вом. Имен­но фор­маль­ный мо­мент  — про­ти­во­прав­ность того или иного дей­ствия (без­дей­ствия)  — пре­жде всего ха­рак­те­ри­зу­ет пра­во­на­ру­ше­ние.

По­ве­де­ние субъ­ек­та права со­став­ля­ет объ­ек­тив­ную сто­ро­ну пра­во­на­ру­ше­ния, то есть те внеш­ние дей­ствия, ко­то­рые можно на­блю­дать, уста­нав­ли­вать, оце­ни­вать. Эта объ­ек­тив­ная сто­ро­на, в свою оче­редь, пред­став­ля­ет един­ство трёх эле­мен­тов: про­ти­во­прав­но­го по­ве­де­ния, вреда и при­чин­ной связи между дей­стви­ем (без­дей­стви­ем) и при­чинённым вре­дом...

Субъ­ек­том пра­во­на­ру­ше­ния яв­ля­ет­ся дее­спо­соб­ный субъ­ект права: вме­ня­е­мый, до­стиг­ший опре­делённого воз­рас­та, граж­да­нин го­су­дар­ства или ино­стра­нец, не об­ла­да­ю­щий ди­пло­ма­ти­че­ским им­му­ни­те­том либо лицо без граж­дан­ства.

Важ­ное зна­че­ние имеет воз­раст. Субъ­ек­том пре­ступ­ле­ния может быть толь­ко лицо, до­стиг­шее 16 лет‚ а по не­ко­то­рым пре­ступ­ле­ни­ям  — 14 лет...

На­ко­нец, субъ­ек­тив­ная сто­ро­на. Она ха­рак­те­ри­зу­ет­ся виной  — пси­хи­че­ским от­но­ше­ни­ем субъ­ек­та к сво­е­му дей­ствию (без­дей­ствию), к его ре­зуль­та­там. Сво­бо­да воли, ко­то­рая опре­де­ля­ет выбор субъ­ек­том тех или иных ва­ри­ан­тов по­ве­де­ния, про­яв­ля­ет­ся и в пси­хи­че­ском от­но­ше­нии этого субъ­ек­та к сво­е­му по­ве­де­нию, его ито­гам.

Кон­сти­ту­ция со­еди­ни­ла два ба­зо­вых при­о­ри­те­та  — вы­со­чай­ший ста­тус прав, сво­бод граж­дан и силь­ное го­су­дар­ство,  — под­черк­нув их вза­им­ную обя­зан­ность  — ува­жать и за­щи­щать друг друга. Убеждён, кон­сти­ту­ци­он­ный кар­кас дол­жен быть ста­биль­ным, и пре­жде всего это ка­са­ет­ся вто­рой главы Кон­сти­ту­ции, ко­то­рая опре­де­ля­ет права и сво­бо­ды че­ло­ве­ка и граж­да­ни­на. Эти по­ло­же­ния Ос­нов­но­го За­ко­на не­зыб­ле­мы.

При этом жизнь не стоит на месте, и кон­сти­ту­ци­он­ный про­цесс нель­зя рас­смат­ри­вать как окон­ча­тель­но за­вершённый, мёртвый. То­чеч­ные кор­рек­ти­вы дру­гих глав Ос­нов­но­го За­ко­на, иду­щие от пра­во­при­ме­ни­тель­ной прак­ти­ки, от самой жизни, ко­неч­но, воз­мож­ны, а порой  — не­об­хо­ди­мы. Так, вы зна­е­те, пред­ла­га­ет­ся вне­сти по­прав­ки в Кон­сти­ту­цию, на ос­но­ва­нии ко­то­рых объ­еди­ня­ют­ся Вер­хов­ный суд и Выс­ший Ар­бит­раж­ный суд. Се­год­ня в трак­тов­ке мно­гих за­ко­нов эти суды часто рас­хо­дят­ся, ино­гда весь­ма су­ще­ствен­но, вы­но­сят раз­ные ре­ше­ния по схо­жим делам, а то и по одним и тем же. В итоге воз­ни­ка­ет пра­во­вая не­опре­делённость, а порой и не­спра­вед­ли­вость, ко­то­рая от­ра­жа­ет­ся на людях. По­ла­гаю, что объ­еди­не­ние судов на­пра­вит су­деб­ную прак­ти­ку в еди­ное русло, а зна­чит, будет укреп­лять га­ран­тии ре­а­ли­за­ции важ­ней­ше­го кон­сти­ту­ци­он­но­го прин­ци­па  — ра­вен­ства всех перед за­ко­ном.

...Мы долж­ны под­дер­жать граж­дан­скую ак­тив­ность на ме­стах, в му­ни­ци­па­ли­те­тах, чтобы у людей была ре­аль­ная воз­мож­ность при­ни­мать уча­стие в управ­ле­нии своим посёлком или го­ро­дом, в ре­ше­нии по­все­днев­ных во­про­сов, ко­то­рые на самом деле опре­де­ля­ют ка­че­ство жизни. Се­год­ня в си­сте­ме мест­но­го са­мо­управ­ле­ния на­ко­пи­лось не­ма­ло про­блем. Объём от­вет­ствен­но­сти и ре­сур­сы му­ни­ци­па­ли­те­тов, к со­жа­ле­нию, и вы это хо­ро­шо зна­е­те, не сба­лан­си­ро­ва­ны. От­сю­да часто не­раз­бе­ри­ха с пол­но­мо­чи­я­ми. Они не толь­ко раз­мы­ты, но и по­сто­ян­но пе­ре­ки­ды­ва­ют­ся с од­но­го уров­ня вла­сти на дру­гой: из рай­о­на в ре­ги­он, с по­се­ле­ния на район и об­рат­но...

По­вто­рю, счи­таю важ­ней­шей за­да­чей... раз­ви­тие силь­ной, не­за­ви­си­мой, фи­нан­со­во со­сто­я­тель­ной вла­сти на ме­стах.

В ос­но­ву клас­си­фи­ка­ции от­рас­лей рос­сий­ско­го права по­ло­же­ны пред­мет и метод пра­во­во­го ре­гу­ли­ро­ва­ния.

Эко­ло­ги­че­ское право  — это са­мо­сто­я­тель­ная от­расль права, ко­то­рая имеет свой пред­мет и метод.

Пред­мет эко­ло­ги­че­ско­го права об­ра­зу­ет спе­ци­фи­че­ская груп­па от­но­ше­ний, ко­то­рые скла­ды­ва­ют­ся в про­цес­се вза­и­мо­дей­ствия об­ще­ства и при­ро­ды (эко­ло­ги­че­ские от­но­ше­ния). По­сколь­ку это вза­и­мо­дей­ствие про­яв­ля­ет­ся в двух ос­нов­ных фор­мах, можно ска­зать, что пред­ме­том эко­ло­ги­че­ско­го права яв­ля­ют­ся об­ще­ствен­ные от­но­ше­ния по по­во­ду ра­ци­о­наль­но­го ис­поль­зо­ва­ния при­род­ных ре­сур­сов и охра­ны окру­жа­ю­щей при­род­ной среды.

Метод пра­во­во­го ре­гу­ли­ро­ва­ния  — это со­во­куп­ность приёмов и средств пра­во­во­го воз­дей­ствия на об­ще­ствен­ные от­но­ше­ния. Как из­вест­но, пра­во­вое ре­гу­ли­ро­ва­ние осу­ществ­ля­ет­ся с по­мо­щью двух ос­нов­ных ме­то­дов  — ад­ми­ни­стра­тив­но-пра­во­во­го (им­пе­ра­тив­но­го), ко­то­рый пред­по­ла­га­ет от­но­ше­ния вла­сти и под­чи­не­ния между субъ­ек­та­ми, уста­нов­ле­ние обя­за­тель­ных пред­пи­са­ний и за­пре­тов, а также граж­дан­ско-пра­во­во­го (дис­по­зи­тив­но­го), ос­но­ван­но­го на ра­вен­стве участ­ни­ков пра­во­от­но­ше­ний и сво­бо­де их во­ле­изъ­яв­ле­ния. Осо­бен­но­сти ме­то­да от­рас­ли права обу­слов­ле­ны ха­рак­те­ром ре­гу­ли­ру­е­мых от­но­ше­ний, свое­об­ра­зи­ем её пред­ме­та.

В эко­ло­ги­че­ском праве со­че­та­ют­ся оба ука­зан­ных ме­то­да. С учётом зна­чи­мо­сти эко­ло­ги­че­ских ин­те­ре­сов об­ще­ства, от имени ко­то­ро­го вы­сту­па­ет го­су­дар­ство, пра­во­вое ре­гу­ли­ро­ва­ние эко­ло­ги­че­ских от­но­ше­ний осу­ществ­ля­ет­ся пре­иму­ще­ствен­но с по­мо­щью ад­ми­ни­стра­тив­но-пра­во­во­го ме­то­да: ком­пе­тент­ные го­су­дар­ствен­ные ор­га­ны при­ни­ма­ют нор­ма­тив­ные акты, в ко­то­рых преду­смот­ре­ны эко­ло­ги­че­ские пра­ви­ла, обя­за­тель­ные для вы­пол­не­ния всеми участ­ни­ка­ми от­но­ше­ний в сфере при­ро­до­поль­зо­ва­ния и охра­ны окру­жа­ю­щей при­род­ной среды.

Пуб­лич­ное право  — это такая пра­во­вая сфера, в ос­но­ве ко­то­рой  — го­су­дар­ствен­ные ин­те­ре­сы, «го­су­дар­ствен­ные дела», то есть само устрой­ство и де­я­тель­ность го­су­дар­ства как пуб­лич­ной вла­сти, ре­гла­мен­та­ция де­я­тель­но­сти го­су­дар­ствен­но­го ап­па­ра­та, долж­ност­ных лиц, го­су­дар­ствен­ной служ­бы, уго­лов­ное пре­сле­до­ва­ние пра­во­на­ру­ши­те­лей, уго­лов­ная и ад­ми­ни­стра­тив­ная от­вет­ствен­ность и так далее  — сло­вом, ин­сти­ту­ты, по­стро­ен­ные в «вер­ти­каль­ной» плос­ко­сти, на на­ча­лах вла­сти и под­чи­не­ния, на прин­ци­пах со­под­чинённо­сти, суб­ор­ди­на­ции. Со­об­раз­но этому для« пуб­лич­но­го права при­сущ один  — и толь­ко один  — об­ще­го­су­дар­ствен­ный юри­ди­че­ский «центр», ха­рак­тер­ны им­пе­ра­тив­ные пред­пи­са­ния и за­пре­ты, обращённые к под­чинённым, под­власт­ным лицам; доз­во­ле­ния же, име­ю­щие им­пе­ра­тив­ный ха­рак­тер,  — пре­ро­га­ти­ва власт­ву­ю­щих субъ­ек­тов.

Вот по­это­му для пуб­лич­но­го права ха­рак­те­рен спе­ци­фи­че­ский юри­ди­че­ский по­ря­док  — обобщённо го­во­ря, по­ря­док «вла­сти  — под­чи­не­ния», в со­от­вет­ствии с ко­то­рым лица, об­ла­да­ю­щие вла­стью, впра­ве од­но­сто­рон­не и не­по­сред­ствен­но, в прин­ци­пе без каких-либо до­пол­ни­тель­ных ре­ше­ний иных ин­стан­ций, опре­де­лять по­ве­де­ние дру­гих лиц (под­власт­ных, под­дан­ных), и со­об­раз­но этому вся си­сте­ма власт­но-при­ну­ди­тель­ных учре­жде­ний обя­за­на силой при­нуж­де­ния обес­пе­чи­вать пол­ную и точ­ную ре­а­ли­за­цию при­ка­зов и ко­манд вла­сти, а «все дру­гие» лица  — без­услов­но им под­чи­нять­ся. От­сю­да вы­те­ка­ют и все дру­гие прин­ци­пы пуб­лич­но­го права: раз­ли­чие, раз­но­по­ряд­ко­вость пра­во­во­го ста­ту­са лиц, иерар­хич­ность по­ло­же­ния и раз­ный объём власт­ных пра­во­мо­чий у власт­ву­ю­щих лиц, на­ли­чие своей, «ве­дом­ствен­ной» юрис­дик­ции, от­сут­ствие ори­ен­та­ции на ре­ше­ние спор­ных во­про­сов не­за­ви­си­мым судом. По мере раз­ви­тия де­мо­кра­тии эти прин­ци­пы обо­га­ща­ют­ся ин­сти­ту­та­ми вы­со­ко­го де­мо­кра­ти­че­ско­го по­ряд­ка (га­ран­ти­я­ми для граж­дан, де­мо­кра­ти­че­ски­ми про­це­ду­ра­ми и дру­гим), но это не ме­ня­ет самой сути, самой при­ро­ды пуб­лич­но-пра­во­вых начал.

Част­ное право вы­ра­жа­ет на­ча­ла де­цен­тра­ли­за­ции, сво­бо­ды от­дель­ных субъ­ек­тов. Здесь воз­мож­ность ре­ше­ния той или иной жиз­нен­ной си­ту­а­ции не толь­ко в какой-то мере за­ра­нее за­про­грам­ми­ро­ва­на в юри­ди­че­ских нор­мах, но и предо­став­ле­на самим участ­ни­кам от­но­ше­ний, ко­то­рые опре­де­ля­ют ре­ше­ние си­ту­а­ции сами, ав­то­ном­но, своей волей и в своих ин­те­ре­сах (пре­иму­ще­ствен­но путём до­го­во­ров). И. Кант писал, что част­ное право  — это такое право, в со­от­вет­ствии с ко­то­рым обя­зан­ность и при­нуж­де­ние ос­но­вы­ва­ют­ся не не­по­сред­ствен­но на за­ко­не, а на спра­вед­ли­во­сти и на сво­бо­де че­ло­ве­ка быть соб­ствен­ным гос­по­ди­ном.

По­это­му в част­ном праве, в от­ли­чие от пуб­лич­но­го, гос­под­ству­ют «го­ри­зон­таль­ные» от­но­ше­ния, ос­но­ван­ные на юри­ди­че­ском ра­вен­стве субъ­ек­тов, ко­ор­ди­на­ции их воли и ин­те­ре­сов. Пре­иму­ще­ствен­ное по­ло­же­ние в нём за­ни­ма­ют юри­ди­че­ские доз­во­ле­ния. А юри­ди­че­ские нормы во мно­гих слу­ча­ях имеют дис­по­зи­тив­ный ха­рак­тер, то есть дей­ству­ют по прин­ци­пу «если иное не уста­нов­ле­но до­го­во­ром»  — дей­ству­ют лишь тогда, когда по дан­но­му во­про­су сто­ро­ны не до­го­во­ри­лись между собой.

Права че­ло­ве­ка не сле­ду­ет по­ни­мать толь­ко как сред­ство до­сти­же­ния ка­ко­го-либо блага, они сами ма­те­ри­а­ли­зу­ют­ся в некую со­ци­аль­ную цен­ность, если обес­пе­че­ны усло­ви­я­ми жизни и га­ран­ти­ро­ва­ны. В дан­ном слу­чае роль го­су­дар­ства яв­ля­ет­ся не про­сто важ­ной, но, по­жа­луй, самой глав­ной и самой су­ще­ствен­ной... оно яв­ля­ет­ся как бы рав­но­дей­ству­ю­щей силой, ко­то­рая при­ми­ря­ет эго­и­сти­че­ские ин­те­ре­сы от­дель­ных чле­нов об­ще­ства, про­ти­во­ре­чия част­но­го, ин­ди­ви­ду­аль­но­го и об­ще­го, ис­поль­зуя при этом пра­во­вые сред­ства...

Стро­го го­во­ря, ре­а­ли­за­ция и эф­фек­тив­ность норм о пра­вах и сво­бо­дах че­ло­ве­ка в любом го­су­дар­стве, об­ще­стве, так или иначе, за­ви­сят от мно­гих фак­то­ров. Не пре­тен­дуя на ис­чер­пы­ва­ю­щую пол­но­ту, в ка­че­стве та­ко­вых можно ука­зать на не­ко­то­рые из них: сте­пень де­мо­кра­тич­но­сти власт­ных ин­сти­ту­тов го­су­дар­ства; по­ли­ти­че­ские, куль­тур­ные и пра­во­вые тра­ди­ции; со­сто­я­ние эко­но­ми­ки; нрав­ствен­ная ат­мо­сфе­ра и сте­пень со­гла­сия в об­ще­стве; со­сто­я­ние за­кон­но­сти и пра­во­по­ряд­ка и тому по­доб­ное. Сле­до­ва­тель­но, для того чтобы обес­пе­чить пе­ре­вод воз­мож­но­стей, со­дер­жа­щих­ся в дей­ству­ю­щем за­ко­но­да­тель­стве, в кон­крет­ные пра­во­от­но­ше­ния, не­об­хо­ди­мо со­здать надёжный ме­ха­низм ре­а­ли­за­ции и кон­тро­ля за со­блю­де­ни­ем прав и сво­бод че­ло­ве­ка и граж­да­ни­на, по­сколь­ку че­ло­век «включён» во мно­гие со­ци­аль­ные от­но­ше­ния, вы­пол­ня­ет мно­же­ство со­ци­аль­ных ролей, а граж­да­нин участ­ву­ет толь­ко в тех свя­зях, ко­то­рые имеют пра­во­вой ха­рак­тер.

В де­мо­кра­ти­че­ском и пра­во­вом го­су­дар­стве в этом за­ин­те­ре­со­ва­ны не толь­ко от­дель­ные лич­но­сти, но и власт­ные струк­ту­ры, ко­то­рые в первую оче­редь со­зда­ют­ся имен­но для охра­ны прав и сво­бод че­ло­ве­ка. В ка­че­стве при­ме­ра можно со­слать­ся на ст. 2 Кон­сти­ту­ции РФ, в ко­то­рой го­во­рит­ся: «При­зна­ние, со­блю­де­ние и за­щи­та прав и сво­бод че­ло­ве­ка и граж­да­ни­на  — обя­зан­ность го­су­дар­ства». Сим­во­лич­но, что ука­зан­ная ста­тья рас­по­ла­га­ет­ся в раз­де­ле «Ос­но­вы кон­сти­ту­ци­он­но­го строя», тем самым под­твер­жда­ет­ся за­щи­та прав, сво­бод, ин­те­ре­сов ин­ди­ви­да в ка­че­стве прин­ци­па об­ще­ства и го­су­дар­ства. Таким об­ра­зом, ме­ха­низм обес­пе­че­ния прав че­ло­ве­ка объ­ек­тив­но при­об­ре­та­ет форму юри­ди­че­ских га­ран­тий...

Юри­ди­че­ские про­це­ду­ры, в рам­ках ко­то­рых ре­гу­ли­ру­ют­ся и охра­ня­ют­ся права и сво­бо­ды че­ло­ве­ка, как пра­ви­ло, со­дер­жат­ся в кон­сти­ту­ци­ях. От­вле­ка­ясь от ин­ди­ви­ду­аль­ных осо­бен­но­стей тех или иных го­су­дарств, можно ска­зать, что кон­сти­ту­ция опре­де­ля­ет: по­ря­док об­ра­ще­ния граж­да­ни­на в суд в слу­чае на­ру­ше­ния его ин­те­ре­сов; по­ря­док рас­смот­ре­ния дел; право на об­ра­ще­ние в ор­га­ны меж­ду­на­род­ной юрис­дик­ции, если ис­чер­па­ны все внут­ри­го­су­дар­ствен­ные воз­мож­но­сти, и так далее.

Пра­во­на­ру­ше­ние  — одно из тех со­ци­аль­ных яв­ле­ний, ко­то­рые пред­став­ля­ют ис­клю­чи­тель­ный ин­те­рес для тео­ре­ти­че­ско­го и прак­ти­че­ско­го пра­во­во­го зна­ния, да и не толь­ко пра­во­во­го. Дей­стви­тель­но, по­че­му закон, ка­за­лось бы, при­ня­тый для общей поль­зы, освящённый ав­то­ри­те­том го­су­дар­ствен­ной вла­сти, во­пло­тив­ший не один раз об­суждённые, наи­бо­лее ра­зум­ные пра­ви­ла по­ве­де­ния, тем не менее на­ру­ша­ет­ся?

По­жа­луй, с тех самых далёких времён, когда в ран­не­клас­со­вых об­ще­ствах за­ро­ди­лось право и по­явил­ся его не­раз­луч­ный спут­ник  — пра­во­на­ру­ше­ние, тео­ре­ти­ко-пра­во­вая мысль ищет ответ на во­прос, ка­ко­вы при­чи­ны и формы пра­во­на­ру­ше­ния, пре­жде всего особо опас­но­го его вида  — пре­ступ­ле­ния. По­че­му воз­ни­ка­ет по­ве­де­ние, на­ру­ша­ю­щее пра­во­вые прин­ци­пы, пра­ви­ла, пред­пи­са­ния? И что надо де­лать, чтобы про­ти­во­сто­ять пра­во­на­ру­ше­нию, чтобы устра­нить эти опас­ные от­кло­не­ния из об­ще­ствен­ной жизни? Поиск идёт уже не одно сто­ле­тие.

В этом по­ис­ке тео­рия права не оди­но­ка. Она со­труд­ни­ча­ет с со­цио­ло­ги­ей, дру­ги­ми гу­ма­ни­тар­ны­ми на­у­ка­ми  — фи­ло­со­фи­ей, со­ци­аль­ной пси­хо­ло­ги­ей, спе­ци­аль­ны­ми юри­ди­че­ски­ми на­у­ка­ми: кри­ми­но­ло­ги­ей, на­у­кой уго­лов­но­го права.

Од­на­ко опре­де­ле­ние пра­во­на­ру­ше­ния, его видов и иных ос­нов­ных юри­ди­че­ских ха­рак­те­ри­стик  — это дело тео­рии права.

И пер­вое, что можно вы­де­лить в пра­во­на­ру­ше­нии,  — это дей­ствие (или без­дей­ствие), име­ю­щее про­ти­во­прав­ный ха­рак­тер, то есть на­ру­ша­ю­щее за­пре­ты, не ис­пол­ня­ю­щее обя­зан­но­сти, уста­нов­лен­ные нор­мой права. И хотя про­ти­во­прав­ное по­ве­де­ние, как пра­ви­ло, вклю­ча­ет в себя и на­ру­ше­ние мо­раль­ных норм и со­дер­жит дез­ор­га­ни­за­цию, од­на­ко ос­нов­ной при­знак пра­во­на­ру­ше­ния  — это про­ти­во­прав­ность. Пра­во­на­ру­ше­ние все­гда на­прав­ле­но про­тив охра­ня­е­мых за­ко­ном раз­лич­ных ин­те­ре­сов: лич­ных, об­ще­ствен­ных, го­су­дар­ствен­ных и иных. Оно при­чи­ня­ет этим ин­те­ре­сам со­от­вет­ствен­но фи­зи­че­ский, иму­ще­ствен­ный, мо­раль­ный, со­ци­аль­ный, ду­хов­ный ущерб. По­это­му пра­во­на­ру­ше­ние  — это не про­сто ан­ти­со­ци­аль­ное по­ве­де­ние, а наи­бо­лее вред­ное ан­ти­об­ще­ствен­ное по­ве­де­ние, за­прещённое пра­вом. По сте­пе­ни вред­но­сти раз­ли­ча­ют пре­ступ­ле­ния и про­ступ­ки... На­ря­ду с пре­ступ­ле­ни­ем и про­ступ­ком ещё одним видом пра­во­на­ру­ше­ния яв­ля­ет­ся де­ликт  — от­кло­не­ние от тре­бо­ва­ний права, от по­ло­же­ний до­го­во­ров в среде иму­ще­ствен­ных и свя­зан­ных с ними не­иму­ще­ствен­ных от­но­ше­ний.

Общим при­зна­ком пра­во­на­ру­ше­ния яв­ля­ет­ся его свой­ство по­рож­дать юри­ди­че­скую от­вет­ствен­ность, то есть раз­лич­ные уста­нов­лен­ные за­ко­ном не­бла­го­при­ят­ные по­след­ствия для пра­во­на­ру­ши­те­ля: фи­зи­че­ские, иму­ще­ствен­ные, мо­раль­ные и иные стра­да­ния, ущем­ле­ния. В этом смыс­ле утвер­жда­ет­ся, что пра­во­на­ру­ше­ние яв­ля­ет­ся ос­но­вой для на­ступ­ле­ния юри­ди­че­ской от­вет­ствен­но­сти. Не может быть юри­ди­че­ской от­вет­ствен­но­сти без пра­во­на­ру­ше­ния.

Пра­во­вая куль­ту­ра функ­ци­о­ни­ру­ет во вза­и­мо­дей­ствии с дру­ги­ми сфе­ра­ми куль­ту­ры: по­ли­ти­че­ской, нрав­ствен­ной, ре­ли­ги­оз­ной. По­ли­ти­че­ская и пра­во­вая куль­ту­ра вза­и­мо­свя­за­ны, так как по­ли­ти­че­ские дей­ствия имеют своё куль­тур­ное из­ме­ре­ние. Они обес­пе­чи­ва­ют ци­ви­ли­зо­ван­ный ха­рак­тер раз­ре­ше­ния ост­рых юри­ди­че­ских кон­флик­тов. Не при­чи­нять вред здо­ро­вью че­ло­ве­ка, не лже­сви­де­тель­ство­вать  — это од­но­вре­мен­но нрав­ствен­ные и пра­во­вые нормы. В этом про­яв­ля­ет­ся их вза­и­мо­связь.

Со­глас­но ре­ли­ги­оз­ным за­по­ве­дям нель­зя убить че­ло­ве­ка, украсть что-либо. Со­блю­де­ние их сви­де­тель­ству­ет о пра­во­вой куль­ту­ре че­ло­ве­ка. От­ме­тим, что пра­во­вая куль­ту­ра по­ни­ма­ет­ся в двух ас­пек­тах: ан­тро­по­ло­ги­че­ском и фи­ло­соф­ском. Со­глас­но ан­тро­по­ло­ги­че­ско­му под­хо­ду в пра­во­вую куль­ту­ру вхо­дит всё, что было со­зда­но че­ло­ве­ком в пра­во­вой сфере. На­при­мер, па­мят­ни­ки пра­во­вой куль­ту­ры. К ним от­но­сят­ся за­ко­ны, су­деб­ни­ки. В со­вре­мен­ную пра­во­вую куль­ту­ру вклю­че­ны пра­во­вые учре­жде­ния, пра­во­со­зна­ние и вся пра­во­вая си­сте­ма об­ще­ства. Фи­ло­соф­ский под­ход со­сто­ит в том, что пра­во­вая куль­ту­ра пред­став­ля­ет собой про­грес­сив­ные до­сти­же­ния в пра­во­вой сфере.

Пра­во­вую куль­ту­ру опре­де­ля­ют сте­пень раз­ви­то­сти пра­во­со­зна­ния на­се­ле­ния, уро­вень раз­ви­тия пра­во­вой де­я­тель­но­сти. Сле­до­ва­тель­но, по­ли­ти­ка го­су­дар­ства долж­на быть на­прав­ле­на на фор­ми­ро­ва­ние пра­во­со­зна­ния у на­се­ле­ния. Этого можно до­бить­ся путём со­зда­ния раз­ви­той си­сте­мы за­ко­но­да­тель­ства, из­ме­не­ния и до­пол­не­ния дей­ству­ю­щих нор­ма­тив­ных актов.

Пра­во­со­зна­ние пред­по­ла­га­ет осмыс­ле­ние и ощу­ще­ние права, его оцен­ку, вос­при­я­тие про­цес­сов и ре­зуль­та­тов ре­а­ли­за­ции права, со­от­не­се­ние пра­во­вых цен­но­стей с иными (мо­раль­ны­ми, по­ли­ти­че­ски­ми). На его фор­ми­ро­ва­ние ока­зы­ва­ют вли­я­ние семья, окру­же­ние, СМИ, то есть лич­ная и об­ще­ствен­ная жизнь в целом. Пра­во­со­зна­ние яв­ля­ет­ся ре­гу­ля­то­ром об­ще­ствен­ных от­но­ше­ний. На­ли­чие его ограж­да­ет людей от пра­во­на­ру­ше­ний. Пра­во­вое со­зна­ние фор­ми­ру­ет пра­во­вую куль­ту­ру. На ос­но­ва­нии пра­во­вых зна­ний или на под­со­зна­тель­ном уров­не люди спо­соб­ны при­ни­мать пра­во­мер­ное ре­ше­ние. Зна­че­ние пра­во­во­го со­зна­ния про­яв­ля­ет­ся в его ак­тив­ном вли­я­нии на пра­во­вое твор­че­ство, пра­во­при­ме­ни­тель­ную де­я­тель­ность.

Пра­во­со­зна­ние (пра­во­вая идео­ло­гия) ре­а­ли­зу­ет­ся как соб­ствен­но в праве, так и в осо­бом фе­но­ме­не пра­во­вой дей­стви­тель­но­сти в пра­во­вой куль­ту­ре. Пра­во­вая куль­ту­ра пред­став­ля­ет собой сво­е­го рода юри­ди­че­ское бо­гат­ство, вы­ра­жен­ное в до­стиг­ну­том уров­не раз­ви­тия ре­гу­ля­тив­ных ка­честв права, на­коп­лен­ных пра­во­вых цен­но­стей, тех осо­бен­но­стей права, юри­ди­че­ской тех­ни­ки, ко­то­рые от­но­сят­ся к ду­хов­ной куль­ту­ре, к пра­во­во­му про­грес­су.

Пра­во­вая куль­ту­ра скла­ды­ва­ет­ся из ряда вза­и­мо­свя­зан­ных эле­мен­тов. Со­сто­я­ние пра­во­со­зна­ния в об­ще­стве, то есть сте­пень зна­ния и по­ни­ма­ния права, осо­зна­ния не­об­хо­ди­мо­сти стро­го­го вы­пол­не­ния тре­бо­ва­ний за­кон­но­сти, уро­вень раз­ви­тия чув­ства права и за­кон­но­сти. Таким об­ра­зом, пра­во­вая куль­ту­ра  — это пре­жде всего «ка­че­ствен­но на­сы­щен­ное» пра­во­со­зна­ние. Важ­ны­ми по­ка­за­те­ля­ми пра­во­вой куль­ту­ры яв­ля­ют­ся уро­вень мас­со­во­го пра­во­со­зна­ния, объём и ин­тен­сив­ность об­ще­го пра­во­во­го про­све­ще­ния.

Со­сто­я­ние за­кон­но­сти, ко­то­рое ха­рак­те­ри­зу­ет­ся сте­пе­нью развёрты­ва­ния всех её тре­бо­ва­ний, ре­аль­но­стью их осу­ществ­ле­ния (проч­но­стью пра­во­по­ряд­ка). Со­сто­я­ние за­кон­но­сти  — это во­об­ще одно из важ­ней­ших про­яв­ле­ний куль­ту­ры об­ще­ства. Пра­во­вая же куль­ту­ра не­воз­мож­на, не­мыс­ли­ма без стро­жай­шей за­кон­но­сти. Причём уро­вень юри­ди­че­ской куль­ту­ры в зна­чи­тель­ной сте­пе­ни за­ви­сит и от того ува­же­ния, с каким за­ко­но­да­тель от­но­сит­ся к из­да­ва­е­мым им самим нор­мам.

Со­сто­я­ние за­ко­но­да­тель­ства, со­вер­шен­ство его со­дер­жа­ния и формы. Этот эле­мент не толь­ко ха­рак­те­ри­зу­ет сте­пень во­площённых в праве об­ще­ци­ви­ли­за­ци­он­ных, об­ще­че­ло­ве­че­ских начал, но и пред­по­ла­га­ет на­уч­ное по­стро­е­ние за­ко­но­да­тель­ства, на­хож­де­ние оп­ти­маль­ных ме­то­дов, спо­со­бов, типов ре­гу­ли­ро­ва­ния скла­ды­ва­ю­щих­ся от­но­ше­ний, стро­гое со­блю­де­ние право­твор­че­ской про­це­ду­ры, мак­си­маль­ное ис­поль­зо­ва­ние пе­ре­до­вых средств и приёмов юри­ди­че­ской тех­ни­ки и тому по­доб­ное.

Со­сто­я­ние прак­ти­че­ской ра­бо­ты в об­ла­сти права  — суда, а также про­ку­ра­ту­ры, дру­гих юри­ди­че­ских ор­га­нов,  — вы­ра­жа­ю­щее их ре­аль­ную роль в по­ли­ти­че­ской и пра­во­вой си­сте­ме, сте­пень ис­поль­зо­ва­ния пе­ре­до­вых приёмов юри­ди­че­ской тех­ни­ки, пра­вил на­уч­ной ор­га­ни­за­ции труда и тому по­доб­ное.

Зна­че­ние пра­во­вой куль­ту­ры в об­ще­стве вы­хо­дит за пре­де­лы сферы права, юри­ди­че­ской прак­ти­ки. Пра­во­вая куль­ту­ра  — не­отъ­ем­ле­мая часть куль­ту­ры об­ще­ства в целом. Рас­про­стра­нить вы­со­кую юри­ди­че­скую куль­ту­ру на всё на­се­ле­ние  — зна­чит, в усло­ви­ях де­мо­кра­ти­че­ско­го об­ще­ства, сло­жив­ше­го­ся или фор­ми­ру­ю­ще­го­ся, зна­чи­тель­но под­нять общий куль­тур­ный уро­вень граж­дан, утвер­дить такой ком­по­нент в цен­ност­ной ори­ен­та­ции людей, ко­то­рый за­тра­ги­ва­ет важ­ней­шие сто­ро­ны об­ще­ствен­ной

жизни: ре­а­ли­за­цию начал де­мо­кра­тии, спра­вед­ли­во­сти, сво­бо­ды, вы­со­кую ор­га­ни­зо­ван­ность, опре­делённость прав и обя­зан­но­стей, стро­гий по­ря­док и от­вет­ствен­ность, га­ран­ти­ро­ван­ность прав лич­но­сти, упо­ря­до­чен­ную ак­тив­ность участ­ни­ков об­ще­ствен­ных от­но­ше­ний. А всё это вклю­ча­ет­ся в общую куль­ту­ру по­ве­де­ния людей, яв­ля­ет­ся не­отъ­ем­ле­мым эле­мен­том со­вре­мен­но­го граж­дан­ско­го об­ще­ства.

На­ря­ду с по­ня­ти­ем «пра­во­вая куль­ту­ра» имеет ос­но­ва­ния для су­ще­ство­ва­ния не менее зна­чи­мое по­ня­тие  — «куль­ту­ра права». По­след­нее при­зва­но от­ра­зить вы­со­кий уро­вень пра­во­вой куль­ту­ры  — такой, когда не толь­ко об­ще­ствен­ные яв­ле­ния оце­ни­ва­ют­ся под углом зре­ния пра­во­вых цен­но­стей и иде­а­лов, но и само право стро­ит­ся в со­от­вет­ствии с этими цен­но­стя­ми и иде­а­ла­ми, ста­но­вит­ся цен­тром об­ще­ствен­но-по­ли­ти­че­ской жизни.

В пра­во­вом го­су­дар­стве вла­сти по­ло­же­ны из­вест­ные пре­де­лы, ко­то­рых она не долж­на и пра­во­вым об­ра­зом не может пе­ре­сту­пать. Огра­ни­чен­ность вла­сти в пра­во­вом го­су­дар­стве создаётся при­зна­ни­ем за лич­но­стью не­отъ­ем­ле­мых, не­на­ру­ши­мых и не­при­кос­но­вен­ных прав. Они сла­га­ют­ся из сво­бо­ды со­ве­сти, то есть при­зна­ния, что сфера мне­ний, убеж­де­ний и ве­ро­ва­ний, ре­ли­ги­оз­ных и не­ре­ли­ги­оз­ных, пре­жде всего долж­на быть без­услов­но не­при­кос­но­вен­на для го­су­дар­ства. Не­по­сред­ствен­ным след­стви­ем сво­бо­ды со­ве­сти яв­ля­ет­ся сво­бо­да слова, уст­но­го и пе­чат­но­го. Для вы­ска­зы­ва­ния своих мне­ний и про­по­ве­ди своих взгля­дов че­ло­век дол­жен иметь сво­бо­ду об­ще­ния, по­это­му не­отъ­ем­ле­мым пра­вом лич­но­сти приз­наётся в пра­во­вом, или кон­сти­ту­ци­он­ном, го­су­дар­стве право при­над­ле­жать к лю­бо­му об­ще­ству, устра­и­вать союзы и ор­га­ни­за­ции. Но все эти, а также мно­гие дру­гие сво­бо­ды или права, как, на­при­мер, сво­бо­да пе­ре­дви­же­ния, право на доб­рое не­за­пят­нан­ное имя, не­ко­то­рые иму­ще­ствен­ные права, тре­бу­ют сво­е­го до­пол­не­ния в виде не­при­кос­но­вен­но­сти лич­но­сти. В пра­во­вом го­су­дар­стве не­до­пу­сти­мо на­ка­за­ние иначе как по суду в стро­го опре­делённой форме.

Бла­го­да­ря не­отъ­ем­ле­мым пра­вам и не­при­кос­но­вен­но­сти лич­но­сти го­су­дар­ствен­ная власть в пра­во­вом или кон­сти­ту­ци­он­ном го­су­дар­стве не толь­ко огра­ни­че­на, но и стро­го под­за­кон­на. Под­за­кон­ность го­су­дар­ствен­ной вла­сти яв­ля­ет­ся на­столь­ко об­ще­при­знан­ным до­сто­ин­ством го­су­дар­ствен­но­го строя как та­ко­во­го, что обык­но­вен­но его стре­мит­ся при­сво­ить себе и бла­го­устро­ен­ное аб­со­лют­но мо­нар­хи­че­ское го­су­дар­ство. Но для него это ока­зы­ва­ет­ся со­вер­шен­но не­до­сти­жи­мой целью. Ор­га­ны го­су­дар­ствен­ной вла­сти бы­ва­ют дей­стви­тель­но свя­за­ны за­ко­ном толь­ко тогда, когда им про­ти­во­сто­ят граж­да­не, наделённые субъ­ек­тив­ны­ми пуб­лич­ны­ми пра­ва­ми. Этого нет в аб­со­лют­но мо­нар­хи­че­ском го­су­дар­стве, так как в нём под­дан­ные ли­ше­ны вся­ких граж­дан­ских прав, то есть прав че­ло­ве­ка и граж­да­ни­на. За­кон­ность пред­по­ла­га­ет стро­гий кон­троль и пол­ную сво­бо­ду кри­ти­ки всех дей­ствий вла­сти, а для этого не­об­хо­ди­мо при­зна­ние за лич­но­стью и об­ще­ством их не­отъ­ем­ле­мых прав. Итак, по­сле­до­ва­тель­ное осу­ществ­ле­ние за­кон­но­сти тре­бу­ет как сво­е­го до­пол­не­ния сво­бод и прав лич­но­сти и, в свою оче­редь, есте­ствен­но вы­те­ка­ет из них как их не­об­хо­ди­мое след­ствие.

В пра­во­вом го­су­дар­стве от­дель­ные лица ока­зы­ва­ют вли­я­ние на ход и ха­рак­тер за­ко­но­да­тель­ных работ через на­род­ное пред­ста­ви­тель­ство. В из­бра­нии на­род­но­го пред­ста­ви­тель­ства дол­жен участ­во­вать, ко­неч­но, весь народ; ни­ка­кие раз­де­ле­ния на­ро­да и вы­де­ле­ния из него при­ви­ле­ги­ро­ван­ных групп по от­но­ше­нию к праву из­би­рать на­род­ных пред­ста­ви­те­лей, то есть ни­ка­кие огра­ни­че­ния из­би­ра­тель­но­го права прин­ци­пи­аль­но не­до­пу­сти­мы. Из­би­ра­тель­ное право долж­но быть все­об­щим и рав­ным, а для того, чтобы все­общ­ность и ра­вен­ство были дей­стви­тель­но обес­пе­че­ны, го­ло­со­ва­ние долж­но быть пря­мым и тай­ным. Тре­бо­ва­ние все­об­ще­го, рав­но­го и пря­мо­го из­би­ра­тель­но­го права с тай­ной по­да­чей го­ло­сов яв­ля­ет­ся те­перь ос­нов­ным тре­бо­ва­ни­ем де­мо­кра­тиз­ма.

В пра­во­вом го­су­дар­стве власть долж­на быть ор­га­ни­зо­ва­на так, чтобы она не по­дав­ля­ла лич­ность; в нём как от­дель­ная лич­ность, так и со­во­куп­ность лич­но­стей  — народ  — долж­ны быть не толь­ко объ­ек­том вла­сти, но и субъ­ек­том её.

Эко­ло­ги­че­скую без­опас­ность нель­зя пол­но­стью обес­пе­чить в одной от­дель­но взя­той стра­не, для её до­сти­же­ния не­об­хо­ди­ма ак­тив­ная меж­ду­на­род­ная де­я­тель­ность. Раз­ви­тые стра­ны в ос­нов­ном уже раз­ру­ши­ли свою при­род­ную среду и сей­час яв­ля­ют­ся глав­ны­ми эко­ло­ги­че­ски­ми за­гряз­ни­те­ля­ми. Круп­ные гу­сто­на­селённые раз­ви­ва­ю­щи­е­ся стра­ны также прак­ти­че­ски пол­но­стью раз­ру­ши­ли свои эко­си­сте­мы, а осталь­ные раз­ви­ва­ю­щи­е­ся стра­ны быст­ро дви­жут­ся по этому же пути, вар­вар­ски раз­ру­шая при­ро­ду на своих тер­ри­то­ри­ях и на­ра­щи­вая массу вы­бра­сы­ва­е­мых за­гряз­ни­те­лей. Не­об­хо­ди­ма раз­ра­бот­ка эф­фек­тив­но­го меж­ду­на­род­но­го ме­ха­низ­ма пре­кра­ще­ния про­цес­са раз­ру­ше­ния при­род­ной среды, со­хра­не­ния того, что оста­лось от неё, и пе­ре­хо­да к рас­ши­ре­нию таких тер­ри­то­рий.

Также важ­ным эле­мен­том за­да­чи обес­пе­че­ния эко­ло­ги­че­ской без­опас­но­сти яв­ля­ет­ся даль­ней­шее раз­ви­тие пра­во­вой со­став­ля­ю­щей ин­фра­струк­ту­ры. Не­об­хо­ди­мо со­зда­ние до­ста­точ­но за­вершённой си­сте­мы спе­ци­аль­но­го эко­ло­ги­че­ско­го за­ко­но­да­тель­ства, укреп­ле­ние нор­ма­тив­но-тех­ни­че­ской базы, а также эко­ло­ги­за­ция за­ко­но­да­тель­ных актов в дру­гих сфе­рах де­я­тель­но­сти, важ­ных для ре­ше­ния ос­нов­ных стра­те­ги­че­ских задач эко­ло­ги­че­ской без­опас­но­сти.

Куль­тур­ны­ми эле­мен­та­ми ин­фра­струк­ту­ры обес­пе­че­ния эко­ло­ги­че­ской без­опас­но­сти слу­жат си­сте­ма сбора, на­коп­ле­ния, об­ра­бот­ки, вы­да­чи и ана­ли­за ин­фор­ма­ции по всему спек­тру при­ро­до­охран­ных про­блем, си­сте­ма эко­ло­ги­че­ско­го вос­пи­та­ния, обу­че­ния и об­ра­зо­ва­ния, на­уч­ные ис­сле­до­ва­ния и раз­ра­бот­ки вза­и­мо­дей­ствия че­ло­ве­ка с био­сфе­рой.

Объ­ек­та­ми меж­ду­на­род­но­го эко­ло­ги­че­ско­го права яв­ля­ют­ся при­род­ные объ­ек­ты, на­хо­дя­щи­е­ся под на­ци­о­наль­ной юрис­дик­ци­ей или вне её (меж­ду­на­род­ные ин­тер­на­ци­о­наль­ные при­род­ные объ­ек­ты). Пра­во­вой режим пер­вых объ­ек­тов опре­де­ля­ет­ся внут­рен­ним пра­вом и ча­стич­но нор­ма­ми меж­ду­на­род­но­го права, то есть здесь су­ще­ству­ет со­от­но­ше­ние и вза­и­мо­дей­ствие внут­рен­не­го и меж­ду­на­род­но­го права. Обыч­но вы­ра­бо­тан­ные ми­ро­вой прак­ти­кой, по­лу­чив­шие все­об­щее при­зна­ние и за­креплённые в меж­ду­на­род­но-пра­во­вых актах про­грес­сив­ные прин­ци­пы транс­фор­ми­ру­ют­ся в нормы внут­рен­не­го права. Пра­во­вой режим вто­рых объ­ек­тов опре­де­ля­ет­ся меж­ду­на­род­ным пра­вом. Во­прос о соб­ствен­но­сти на эти объ­ек­ты про­дол­жи­тель­ное время во­об­ще не воз­ни­кал. Гос­под­ство­ва­ло мол­ча­ли­вое при­зна­ние меж­ду­на­род­ных ин­тер­на­ци­о­наль­ных при­род­ных объ­ек­тов ни­чьей вещью и со­гла­сие с пра­вом любой стра­ны на за­хват этих объ­ек­тов. Но в со­вре­мен­ных усло­ви­ях такое по­ло­же­ние всё мень­ше стало от­ве­чать ин­те­ре­сам и по­треб­но­стям на­ро­дов мира. Стали вы­ра­ба­ты­вать­ся и по­сте­пен­но внед­рять­ся в прак­ти­ку не­ко­то­рые меж­ду­на­род­но-пра­во­вые прин­ци­пы, огра­ни­чи­ва­ю­щие воз­мож­ность про­из­воль­ных дей­ствий в от­но­ше­нии меж­ду­на­род­ных ин­тер­на­ци­о­наль­ных при­род­ных объ­ек­тов.

Меж­ду­на­род­ное эко­ло­ги­че­ское право пока не ко­ди­фи­ци­ро­ва­но, его нормы за­креп­ле­ны в мно­го­чис­лен­ных меж­ду­на­род­ных актах, име­ю­щих ком­плекс­ный ха­рак­тер. Для окон­ча­тель­но­го фор­ми­ро­ва­ния меж­ду­на­род­но­го эко­ло­ги­че­ско­го права как са­мо­сто­я­тель­ной от­рас­ли меж­ду­на­род­но­го права не­об­хо­ди­ма его ко­ди­фи­ка­ция. Ре­ше­ние воз­ни­ка­ю­щих про­блем меж­ду­на­род­но­го эко­ло­ги­че­ско­го права и даль­ней­шее улуч­ше­ние ка­че­ства жизни че­ло­ве­че­ства воз­мож­но в рам­ках ста­биль­но­го со­ци­аль­но-эко­но­ми­че­ско­го раз­ви­тия, не раз­ру­ша­ю­ще­го есте­ствен­ный био­ти­че­ский ме­ха­низм са­мо­ре­гу­ля­ции при­ро­ды.

В граж­дан­ском праве и его док­три­не из­дав­на вы­де­ля­ет­ся боль­шая и прак­ти­че­ски важ­ная груп­па близ­ких по своим при­зна­кам прав в от­но­ше­нии ма­те­ри­аль­ных благ, ко­то­рые по­лу­чи­ли на­име­но­ва­ние вещ­ных прав. Этот тер­мин от­ра­жа­ет пред­мет таких прав: ими яв­ля­ют­ся раз­но­об­раз­ные ма­те­ри­аль­ные цен­но­сти, на­чи­ная с земли и при­род­ных ре­сур­сов, про­из­вод­ствен­ных объ­ек­тов и стро­е­ний и кон­чая пред­ме­та­ми по­все­днев­но­го быта и де­неж­ны­ми зна­ка­ми.

Ос­но­ва­ни­ем для вы­де­ле­ния вещ­ных прав яв­ля­ет­ся не толь­ко их ма­те­ри­аль­ный объ­ект, пред­опре­де­ля­ю­щий прак­ти­че­ское зна­че­ние этих прав, но и важ­ные юри­ди­че­ские осо­бен­но­сти. Вещ­ные права поз­во­ля­ют не­по­сред­ствен­но воз­дей­ство­вать на их пред­мет  — ма­те­ри­аль­ные блага ха­рак­те­ри­зу­ют­ся про­дол­жи­тель­но­стью или даже бес­сроч­но­стью дей­ствия и дают но­си­те­лям таких прав пра­во­вую за­щи­ту про­тив всех тре­тьих лиц. По­это­му вещ­ные права вхо­дят в ка­те­го­рию так на­зы­ва­е­мых аб­со­лют­ных прав.

Эти черты вещ­ных прав и ме­ха­низм их дей­ствия су­ще­ствен­но от­ли­ча­ют вещ­ные права от обя­за­тель­ствен­ных, пред­ме­том ко­то­рых яв­ля­ет­ся воз­мож­ность тре­бо­вать опре­делённого по­ве­де­ния от дру­го­го субъ­ек­та граж­дан­ско­го права. В своём юри­ди­че­ском со­дер­жа­нии вещ­ные права шире и дают но­си­те­лям таких прав боль­ше воз­мож­но­стей для ре­а­ли­за­ции соб­ствен­ных пра­во­мо­чий и ин­те­ре­сов.

К числу вещ­ных прав от­но­сят­ся право соб­ствен­но­сти, а также иные дли­тель­ные и устой­чи­вые пра­во­мо­чия в от­но­ше­нии ма­те­ри­аль­ных благ: дол­го­сроч­ное поль­зо­ва­ние зе­мель­ны­ми участ­ка­ми, серви­ту­ты, право хо­зяй­ствен­но­го ве­де­ния и опе­ра­тив­но­го управ­ле­ния иму­ще­ством и не­ко­то­рые дру­гие. Эта вто­рая груп­па по­лу­чи­ла в ли­те­ра­ту­ре на­име­но­ва­ние огра­ни­чен­ных вещ­ных прав.

Пе­ре­ход Рос­сий­ской Фе­де­ра­ции к ры­ноч­ным от­но­ше­ни­ям и рас­ши­ре­ние иму­ще­ствен­но­го обо­ро­та по­тре­бо­ва­ли вве­де­ния в си­сте­му граж­дан­ско­го права ка­те­го­рии вещ­ных прав и опре­де­ле­ния их ре­жи­ма.

Вещ­ные права и пре­жде всего право соб­ствен­но­сти яв­ля­ют­ся не­об­хо­ди­мой пред­по­сыл­кой, а затем и ре­зуль­та­том уча­стия в со­вре­мен­ном ры­ноч­ном обо­ро­те, вы­ступ­ле­ние в ко­то­ром тре­бу­ет на­ли­чия устой­чи­вых пра­во­мо­чий в от­но­ше­нии ма­те­ри­аль­ных цен­но­стей. Для граж­дан об­ла­да­ние вещ­ны­ми пра­ва­ми создаёт усло­вия для нор­маль­ной по­все­днев­ной тру­до­вой жизни и от­ды­ха.

Вещ­ным пра­вам по­свя­ще­ны об­шир­ный раз­дел II ГК и нормы мно­гих за­ко­нов, пре­жде всего о земле, лесах, водах, при­род­ных ре­сур­сах и жи­вот­ном мире. Из­да­ны спе­ци­аль­ные за­ко­ны об от­дель­ных видах иму­ще­ства, пред­став­ля­ю­щих осо­бую зна­чи­мость (о не­дви­жи­мо­сти, транс­порт­ных сред­ствах, дра­го­цен­ных ме­тал­лах, ва­лю­те). Этот об­шир­ный за­ко­но­да­тель­ный мас­сив об­ра­зу­ет в со­ста­ве граж­дан­ско­го права важ­ней­шую его по­до­т­расль  — вещ­ное право.

В си­сте­ме вещ­ных прав ос­но­во­по­ла­га­ю­щим яв­ля­ет­ся право соб­ствен­но­сти, ко­то­рое прак­ти­че­ски пред­опре­де­ля­ет все сто­ро­ны жизни со­вре­мен­но­го го­су­дар­ства и об­ще­ства и су­ще­ству­ю­щие в них об­ще­ствен­ные от­но­ше­ния. В за­ко­но­да­тель­ном плане зна­чи­мость права соб­ствен­но­сти во­об­ще и в си­сте­ме вещ­ных прав, в част­но­сти, под­твер­жда­ют Кон­сти­ту­ция РФ и раз­дел ГК о вещ­ных пра­вах.

В со­от­вет­ствии с Все­об­щей де­кла­ра­ци­ей прав че­ло­ве­ка каж­дый граж­да­нин имеет право при­ни­мать уча­стие в управ­ле­нии своим го­су­дар­ством не­по­сред­ствен­но и через сво­бод­но вы­бран­ных своих пред­ста­ви­те­лей. При этом воля на­ро­да пе­ри­о­ди­че­ски вы­ра­жа­ет­ся на вы­бо­рах, про­во­ди­мых на ос­но­ве прин­ци­пов, но­ся­щих се­год­ня об­ще­при­знан­ный ха­рак­тер. Эти прин­ци­пы вклю­ча­ют пре­жде всего все­об­щее из­би­ра­тель­ное право, ко­то­рым поль­зу­ют­ся все граж­да­не, до­стиг­шие опре­делённого воз­рас­та, а также тай­ное го­ло­со­ва­ние. Од­на­ко не­огра­ни­чен­ность тож­де­ствен­на са­мо­убий­ству для сво­бод. Сво­бо­ды обес­пе­чи­ва­ют­ся толь­ко при со­блю­де­нии об­ще­ствен­ных пра­вил, ко­то­рым при­зва­ны сле­до­вать по­ли­ти­че­ские и со­ци­аль­ные оп­по­нен­ты.

Власть  — по­ня­тие пра­во­вое и озна­ча­ет за­кон­ное право при­ни­мать ре­ше­ния, обя­за­тель­ные для ис­пол­не­ния граж­да­на­ми. Оче­вид­но, что в об­ще­стве, в ко­то­ром народ с ува­же­ни­ем от­но­сит­ся к за­ко­ну и до­ве­ря­ет вла­стям, тре­бу­ют­ся ми­ни­маль­ные уси­лия для при­нуж­де­ния. Там же, где за­кон­ность на­хож­де­ния людей у вла­сти вы­зы­ва­ет со­мне­ния или ли­де­ры дис­кре­ди­ти­ро­ва­ли себя в гла­зах граж­дан, создаётся база для воз­мож­ной не­ста­биль­но­сти и со­ци­аль­ных по­тря­се­ний.

Пред­по­ла­га­ет­ся, что имен­но вы­бо­ры поз­во­ля­ют с наи­боль­шей ве­ро­ят­но­стью при­во­дить к по­ли­ти­че­ской вла­сти луч­ших пред­ста­ви­те­лей об­ще­ства. Ис­то­рия на­гляд­но де­мон­стри­ру­ет, что в ре­зуль­та­те пе­ре­во­ро­тов или внут­рен­них ин­триг к вла­сти при­хо­дят не луч­шие пра­ви­те­ли. С этой точки зре­ния имен­но вы­бо­ры дают воз­мож­ность не толь­ко от­бо­ра наи­бо­лее до­стой­ных кан­ди­да­тов, но и обес­пе­че­ния под­держ­ки со­от­вет­ству­ю­ще­му курсу со сто­ро­ны боль­шин­ства граж­дан.

Од­на­ко успех вы­бо­ров за­ви­сит от це­ло­го ряда ду­хов­ных, эко­но­ми­че­ских, по­ли­ти­че­ских, ре­ли­ги­оз­ных и дру­гих фак­то­ров и, пре­жде всего, от на­ли­чия или от­сут­ствия вы­со­кой граж­дан­ской куль­ту­ры. Иными сло­ва­ми, из­би­ра­тель­ный про­цесс самым тес­ным и не­по­сред­ствен­ным об­ра­зом свя­зан с про­бле­мой ле­ги­тим­но­сти вла­сти.

Что же такое ле­ги­тим­ность? Ле­ги­тим­ность озна­ча­ет об­ще­ствен­ное при­зна­ние чего-либо  — дей­ству­ю­ще­го лица, по­ли­ти­че­ско­го ин­сти­ту­та, про­це­ду­ры или факта. В от­ли­чие от ле­галь­но­сти как юри­ди­че­ско­го оформ­ле­ния за­кон­но­сти, ле­ги­тим­ность юри­ди­че­ски­ми функ­ци­я­ми не об­ла­да­ет. Она лишь оправ­ды­ва­ет и объ­яс­ня­ет по­ли­ти­че­ские ре­ше­ния, от­ра­жа­ет со­гла­сие, по­ли­ти­че­ское уча­стие без при­нуж­де­ния, оправ­ды­ва­ет дей­ствия вла­стей.

Но бы­ва­ет и так, что за­кон­но из­бран­ное боль­шин­ством пра­ви­тель­ство те­ря­ет свою ле­ги­тим­ность. Кри­зис ле­ги­тим­но­сти обыч­но воз­ни­ка­ет тогда, когда между вла­стью и на­ро­дом воз­ни­ка­ет тре­щи­на. Си­ту­а­ция тре­бу­ет ин­но­ва­ций и из­ме­не­ний по­ли­ти­че­ско­го курса, а власть остаётся глуха к тре­бо­ва­ни­ям, иду­щим из на­ро­да. Но кри­зис ле­ги­тим­но­сти может иметь место и в ре­фор­ми­ру­е­мом об­ще­стве, если по­ли­ти­че­ской си­сте­ме в те­че­ние дли­тель­но­го вре­ме­ни не удаётся оправ­дать на­деж­ды и ча­я­ния ши­ро­ких слоёв об­ще­ствен­но­сти. В этом слу­чае власть на­чи­на­ет вос­при­ни­мать­ся как «чужая», а ли­де­ры вы­зы­ва­ют раз­дра­же­ние, если не не­на­висть. Воз­ни­ка­ет кри­зис­ная си­ту­а­ция с за­ча­стую не­пред­ска­зу­е­мы­ми по­след­стви­я­ми, по­это­му ле­ги­тим­ность вла­сти столь важна для ста­биль­но­го раз­ви­тия лю­бо­го со­вре­мен­но­го го­су­дар­ства и про­цве­та­ния его граж­дан.

Фак­то­ры и ком­по­нен­ты про­цес­са со­ци­а­ли­за­ции не­воз­мож­но счи­тать в прин­ци­пе за­вершёнными и по­то­му, что в каж­дой новой фазе жизни субъ­ек­ту со­ци­а­ли­за­ции не­об­хо­ди­мо из­ме­не­ние уста­но­вок и усво­е­ние новых спо­соб­но­стей для дей­ствия, и по­то­му, что само об­ще­ство может резко ме­нять со­ци­аль­но при­ни­ма­е­мые и одоб­ря­е­мые формы де­я­тель­но­сти молодёжи. В со­вре­мен­ных ин­ду­стри­аль­но раз­ви­тых об­ще­ствах, где эко­но­ми­че­ские, по­ли­ти­че­ские и дру­гие эле­мен­ты куль­ту­ры под­вер­же­ны быст­рым из­ме­не­ни­ям, ос­нов­ным фак­то­ром со­ци­а­ли­за­ции яв­ля­ет­ся об­ра­зо­ва­ние.

Ди­на­мич­но вы­стра­и­ва­е­мое об­ра­зо­ва­ние ста­но­вит­ся важ­ней­шим фак­то­ром, обес­пе­чи­ва­ю­щим успеш­ную со­ци­а­ли­за­цию, по­ни­ма­е­мую как про­цесс ста­нов­ле­ния со­ци­аль­ной сущ­но­сти че­ло­ве­ка, вклю­че­ния его в си­сте­му об­ще­ствен­ных от­но­ше­ний, фор­ми­ро­ва­ние его в ка­че­стве субъ­ек­та об­ще­ствен­ной жизни. Дей­стви­тель­ное же усво­е­ние ин­ди­ви­дом со­ци­аль­но­го опыта вклю­ча­ет в свою струк­ту­ру мо­мент ак­тив­но­го при­спо­соб­ле­ния к окру­жа­ю­ще­му миру не толь­ко в сте­нах школы, но в первую оче­редь за её сте­на­ми, адап­та­цию как «ав­то­ма­ти­че­ское» вос­пи­та­ние опре­делённых со­ци­аль­ных на­вы­ков в связи с по­сто­ян­ным пре­бы­ва­ни­ем ин­ди­ви­да в опре­делённой со­ци­аль­ной среде со сво­и­ми цен­но­стя­ми, нор­ма­ми и об­раз­ца­ми.

Под вли­я­ни­ем по­след­них ис­сле­до­ва­ний про­цес­са со­ци­а­ли­за­ции в зна­чи­тель­ной мере из­ме­ни­лись пред­став­ле­ния о вос­пи­та­тель­ных воз­дей­стви­ях в об­ра­зо­ва­тель­ном про­цес­се. Они уже не рас­смат­ри­ва­ют­ся как ав­то­ном­ные и изо­ли­ро­ван­ные со­ци­аль­ные дей­ствия, а как спе­ци­фи­че­ская, но ин­те­граль­ная часть всей со­во­куп­но­сти об­ще­ствен­ных вли­я­ний на раз­ви­тие молодёжи. По­яв­ля­ют­ся новые по­ня­тия: «не­на­прав­лен­ное» вос­пи­та­ние, «функ­ци­о­наль­ное» вос­пи­та­ние, ко­то­рые от­ра­жа­ют тот факт, что в любом вос­пи­та­тель­ном дей­ствии со­зна­тель­ные и це­ле­на­прав­лен­ные ком­по­нен­ты всё-таки со­че­та­ют­ся с не­пред­на­ме­рен­ны­ми и не­со­зна­тель­ны­ми им­пуль­са­ми.

Со­ци­а­ли­за­ция про­яв­ля­ет­ся сна­ча­ла в сти­хий­ной и ин­сти­ту­ци­о­наль­но не оформ­лен­ной де­я­тель­но­сти по под­го­тов­ке под­рас­та­ю­ще­го по­ко­ле­ния к жизни в дан­ном со­об­ще­стве путём пе­ре­да­чи мо­де­лей дей­ствий и де­я­тель­но­сти в не­по­сред­ствен­ном труде и сов­мест­ном кол­лек­тив­ном про­жи­ва­нии как спо­со­бе сов­мест­ной ком­му­ни­ка­ции пред­ста­ви­те­лей раз­ных по­ко­ле­ний, дей­ствии на общий ре­зуль­тат. В не­по­сред­ствен­ном акте вза­и­мо­дей­ствия дети осва­и­ва­ют­не толь­ко тру­до­вые и ком­му­ни­ка­ци­он­ные на­вы­ки, но и ста­тус­но-ро­ле­вые по­зи­ции, за­ви­ся­щие от поло-воз­раст­ных, со­ци­аль­но-ро­ле­вых воз­мож­но­стей, по­сте­пен­но за­ме­щая взрос­лых в том или ином фраг­мен­те жизни, по мере до­тя­ги­ва­ния своих фи­зи­че­ских, ум­ствен­ных, ор­га­ни­за­ци­он­ных спо­соб­но­стей до осво­е­ния и пол­но­го за­пол­не­ния этого фраг­мен­та, с воз­мож­но­стью от­клю­че­ния взрос­лых от кон­тро­ля и ве­ду­ще­го уча­стия в нём.

За­вер­ша­ет­ся этот ло­каль­ный про­цесс пол­ным осво­е­ни­ем дан­но­го рода де­я­тель­но­сти, вы­ра­бот­кой на­вы­ка са­мо­сто­я­тель­но­го его осу­ществ­ле­ния, при­об­ре­те­ни­ем пол­но­ты субъ­ект­ной по­зи­ции и от­вет­ствен­но­сти за этот фраг­мент кол­лек­тив­ной де­я­тель­но­сти.

Общая тео­рия со­ци­а­ли­за­ции, ко­то­рая су­ще­ству­ет на дан­ный мо­мент и про­дол­жа­ет раз­ви­вать­ся, нуж­да­ет­ся в обо­га­ще­нии в двух су­ще­ствен­ных на­прав­ле­ни­ях: во-пер­вых, в на­прав­ле­нии учёта дей­ствия раз­но­род­ных об­ще­ствен­ных сил и про­цес­сов, ко­то­рые пы­та­ют­ся про­ек­ти­ро­вать и со­зда­вать, га­ран­ти­ро­вать или из­ме­нять формы со­ци­а­ли­за­ции, и, во-вто­рых, в на­прав­ле­нии учёта об­рат­ных вза­и­мо­дей­ствий объ­ек­та со­ци­а­ли­за­ции, ко­то­рый, как вы­яс­ни­лось, может яв­лять­ся всё-таки и субъ­ек­том, на об­ще­ство  — тра­ди­ци­он­но рас­смат­ри­ва­е­мо­го в ка­че­стве субъ­ек­та, воз­дей­ству­ю­ще­го на про­цесс со­ци­а­ли­за­ции молодёжи.

Со­ци­аль­ная по­ли­ти­ка  — си­сте­ма мер, на­прав­лен­ных на по­вы­ше­ние уров­ня и ка­че­ства жизни на­се­ле­ния. Ос­нов­ны­ми за­да­ча­ми со­ци­аль­ной по­ли­ти­ки яв­ля­ют­ся: по­вы­ше­ние бла­го­со­сто­я­ния; улуч­ше­ние усло­вий труда и жизни людей; осу­ществ­ле­ние прин­ци­па со­ци­аль­ной спра­вед­ли­во­сти; раз­ви­тие со­ци­аль­ной ин­фра­струк­ту­ры; со­зда­ние усло­вий для все­сто­рон­не­го раз­ви­тия че­ло­ве­ка, удо­вле­тво­ре­ния его по­треб­но­стей и воз­мож­но­сти ре­а­ли­за­ции в сво­бод­ном труде.

Слово «со­ци­аль­ный» ха­рак­те­ри­зу­ет всё то, что свя­за­но с жиз­нью и от­но­ше­ни­я­ми людей в об­ще­стве. Мно­гие во­про­сы со­ци­аль­ной по­ли­ти­ки ре­ша­ет рынок. Он спра­вед­ли­во рас­пре­де­ля­ет до­хо­ды по ко­неч­ным ре­зуль­та­там труда, по­вы­шая эф­фек­тив­ность про­из­вод­ства, создаёт базу для роста бла­го­со­сто­я­ния на­ро­да, за­став­ля­ет про­из­во­ди­те­лей ра­бо­тать на мак­си­маль­ное удо­вле­тво­ре­ние раз­но­об­раз­ных за­про­сов на­се­ле­ния ис­хо­дя из спро­са. Од­на­ко рынок не может обес­пе­чить со­ци­аль­ные га­ран­тии всем чле­нам об­ще­ства, осо­бен­но его со­ци­аль­но уяз­ви­мым слоям. Такую за­да­чу вы­пол­ня­ет го­су­дар­ство, про­яв­ляя за­бо­ту о бла­го­со­сто­я­нии всех граж­дан об­ще­ства. Воз­мож­но­сти ре­ше­ния задач со­ци­аль­ной по­ли­ти­ки опре­де­ля­ют­ся объёмами ре­сур­сов, ко­то­рые го­су­дар­ство может на­пра­вить на их ре­а­ли­за­цию.

Со­ци­аль­ная по­ли­ти­ка  — это не чисто эко­но­ми­че­ская про­бле­ма. Она вклю­ча­ет в себя и эко­но­ми­че­ские ме­ха­низ­мы ре­а­ли­за­ции этой по­ли­ти­ки. К по­след­ним, в первую оче­редь, от­но­сят­ся ме­ха­низ­мы фор­ми­ро­ва­ния до­хо­дов и под­дер­жа­ния за­ня­то­сти на­се­ле­ния. Успех или не­уда­ча в ре­ше­нии про­блем со­ци­аль­ной по­ли­ти­ки за­ви­сят от устой­чи­во­сти или не­устой­чи­во­сти эко­но­ми­че­ской си­сте­мы об­ще­ства.

Меры по осу­ществ­ле­нию со­ци­аль­ной по­ли­ти­ки фи­нан­си­ру­ют­ся го­су­дар­ством. В на­сто­я­щее время про­ис­хо­дит пе­ре­ход от го­су­дар­ствен­но­го фи­нан­си­ро­ва­ния к со­ци­аль­но­му парт­нер­ству. Это озна­ча­ет, что ряд со­ци­аль­ных про­грамм по со­зда­нию рынка жилья, ис­поль­зо­ва­нию воз­мож­но­стей стра­хо­вой ме­ди­ци­ны, пе­ре­ход ряда со­ци­аль­ных услуг на плат­ную ос­но­ву осу­ществ­ля­ют­ся за счёт средств не толь­ко бюд­же­та, но и пред­при­я­тий.

Между со­ци­аль­ной по­ли­ти­кой и уров­нем эко­но­ми­че­ско­го раз­ви­тия об­ще­ства су­ще­ству­ет вза­и­мо­связь. Ре­ше­ние мно­гих задач со­ци­аль­ной по­ли­ти­ки опре­де­ля­ет­ся эко­но­ми­че­ски­ми ре­сур­са­ми, вы­де­ля­е­мы­ми го­су­дар­ством. В то же время со­ци­аль­ную по­ли­ти­ку можно рас­смат­ри­вать как важ­ней­ший фак­тор эко­но­ми­че­ско­го роста.

Пред­ме­том тео­ре­ти­че­ских дис­кус­сий яв­ля­ет­ся про­бле­ма эф­фек­тив­но­сти со­ци­аль­ной по­ли­ти­ки. Одни эко­но­ми­сты утвер­жда­ют, что любое со­ци­аль­ное вме­ша­тель­ство сни­жа­ет эф­фек­тив­ность ры­ноч­ной эко­но­ми­ки. Дру­гие эко­но­ми­сты, на­о­бо­рот, подчёрки­ва­ют, что в рам­ках со­ци­аль­ной по­ли­ти­ки про­во­дят­ся ме­ро­при­я­тия, на­прав­лен­ные на улуч­ше­ние струк­ту­ры и ка­че­ства ра­бо­чей силы, со­зда­ние новых ра­бо­чих мест, ока­за­ние со­дей­ствия в по­ис­ке ра­бо­ты.

Со­вре­мен­ную де­мо­кра­тию от­ли­ча­ют прин­цип и си­сте­ма все­сто­рон­не­го пред­ста­ви­тель­ства. Тре­бо­ва­ние со­зда­ния мно­го­пар­тий­ной си­сте­мы обес­пе­че­но стрем­ле­ни­ем при­ве­сти пар­тий­ную струк­ту­ру в со­от­вет­ствие с плю­ра­ли­сти­че­ской об­ще­ствен­ной струк­ту­рой со­вре­мен­ных го­су­дарств. Од­на­ко роль пред­ста­ви­тель­но­го ор­га­на вла­сти как вы­ра­зи­те­ля «общей воли» в от­ли­чие от «воли всех» озна­ча­ет, что в пар­ла­мен­те долж­ны быть пред­став­ле­ны не ин­те­ре­сы от­дель­ных со­ци­аль­ных групп или лич­но­стей, а об­щезна­чи­мые по­ли­ти­че­ские ин­те­ре­сы. Имен­но по­это­му в де­мо­кра­ти­че­ских стра­нах ос­нов­ны­ми кол­лек­тив­ны­ми актёрами из­би­ра­тель­но­го про­цес­са и пар­ла­мент­ско­го пред­ста­ви­тель­ства яв­ля­ют­ся по­ли­ти­че­ские пар­тии, ко­то­рые, в от­ли­чие от иных об­ще­ствен­ных объ­еди­не­ний, пред­на­зна­че­ны не для вы­ра­же­ния от­дель­ных кор­по­ра­тив­ных ин­те­ре­сов, а для вы­яв­ле­ния и учёта в груп­по­вых ин­те­ре­сах об­щезна­чи­мо­го на­ча­ла и пе­ре­во­да их на об­ще­го­су­дар­ствен­ный уро­вень.

Ин­те­рес­но в дан­ной связи мне­ние не­мец­ко­го по­ли­то­ло­га Клау­са фон Бейме, ко­то­рый среди при­о­ри­тет­ных функ­ции пар­тий вы­де­ля­ет: опре­де­ле­ние цели, раз­ра­бот­ка идео­ло­гии и про­грам­мы, стра­те­гии дей­ствий; вы­ра­же­ние и объ­еди­не­ние об­ще­ствен­ных ин­те­ре­сов; мо­би­ли­за­ция и со­ци­а­ли­за­ция граж­дан; фор­ми­ро­ва­ние пра­вя­щей элиты и со­ста­ва пра­ви­тель­ства. Имен­но по­это­му, как мы счи­та­ем, по­ли­ти­че­ские пар­тии берут на себя сле­ду­ю­щие функ­ции: фор­му­ли­ро­ва­ние кол­лек­тив­ных целей для со­ци­у­ма, пред­ла­гая раз­лич­ные цели и стра­те­гии об­ще­ствен­но­го раз­ви­тия; транс­фор­ми­руя тре­бо­ва­ния и чув­ства со­ци­аль­ной не­удо­вле­тво­рен­но­сти в по­зи­тив­ные по­ли­ти­че­ские цели, пар­тии на­прав­ля­ют сти­хий­ную энер­гию со­ци­аль­но­го про­те­ста в русло кон­сти­ту­ци­он­ной борь­бы за их до­сти­же­ние через уча­стие в го­су­дар­ствен­ном управ­ле­нии; рас­ши­ряя про­стран­ство пуб­лич­но­го по­ли­ти­че­ско­го про­цес­са, пар­тии стре­мят­ся пре­одо­леть от­чуж­де­ние мар­ги­наль­ных групп об­ще­ства от по­ли­ти­ки, то есть вы­пол­ня­ют функ­цию по­ли­ти­че­ской мо­би­ли­за­ции; пар­тии вы­пол­ня­ют важ­ней­шую функ­цию по­ли­ти­че­ской со­ци­а­ли­за­ции. Они упро­ща­ют сто­я­щий перед из­би­ра­те­ля­ми выбор. От­сю­да сле­ду­ю­щая кон­ста­та­ция: по­ли­ти­че­ские пар­тии и ре­гу­ляр­ные вы­бо­ры  — это тесно вза­и­мо­свя­зан­ные и вза­и­мо­за­ви­си­мые ин­сти­ту­ты де­мо­кра­ти­че­ской си­сте­мы.

От­ме­чая осо­бую роль и зна­че­ние пар­тий в функ­ци­о­ни­ро­ва­нии пред­ста­ви­тель­ной де­мо­кра­тии, мно­гие ис­сле­до­ва­те­ли на­зы­ва­ют со­вре­мен­но­е­го­су­дар­ство «пар­тий­ным го­су­дар­ством» (причём и те, кто по­зи­тив­но, и те, кто не­га­тив­но оце­ни­ва­ют дан­ное по­ли­ти­че­ское яв­ле­ние). «Пар­тий­ное го­су­дар­ство» в этом слу­чае не­об­хо­ди­мо по­ни­мать как тип со­вре­мен­ной де­мо­кра­тии, в ко­то­рой пар­ла­мент утра­тил своё зна­че­ние в ка­че­стве ин­сти­ту­та вы­ра­же­ния су­ве­рен­ной воли на­ро­да: пар­ла­мен­ты в ос­нов­ном лишь ра­ти­фи­ци­ру­ют те ре­ше­ния, ко­то­рые в дру­гом месте, уже при­ня­ли пар­тии, вхо­дя­щие в ко­а­ли­цию боль­шин­ство.

Раз­ви­тие эко­но­ми­че­ско­го обо­ро­та спо­соб­ству­ет по­сто­ян­но­му раз­ви­тию оте­че­ствен­но­го за­ко­но­да­тель­ства. Одно из самых про­грес­сив­но раз­ви­ва­ю­щих­ся на­прав­ле­ний ре­гу­ли­ро­ва­ния об­ще­ствен­ных от­но­ше­ний  — это кор­по­ра­тив­ное право. В по­след­нее время ак­тив­но ис­сле­ду­ет­ся и изу­ча­ет­ся во­прос о при­ро­де и ха­рак­те­ре от­вет­ствен­но­сти, су­ще­ству­ю­щей в кор­по­ра­тив­ных от­но­ше­ни­ях.

Без­услов­но, от­вет­ствен­ность в кор­по­ра­тив­ных пра­во­от­но­ше­ни­ях об­ла­да­ет всеми чер­та­ми граж­дан­ско-пра­во­вой от­вет­ствен­но­сти, она об­ла­да­ет глав­ны­ми функ­ци­я­ми граж­дан­ско-пра­во­вой от­вет­ствен­но­сти  — вос­ста­но­ви­тель­ной и ком­пен­са­ци­он­ной. Од­на­ко на пер­вое место вы­хо­дят со­всем не они. Ос­нов­ны­ми функ­ци­я­ми от­вет­ствен­но­сти в сфере кор­по­ра­тив­ных пра­во­от­но­ше­ний яв­ля­ют­ся пре­вен­тив­ная и сти­му­ли­ру­ю­щая. Имен­но они за­кла­ды­ва­ют фун­да­мент доб­ро­со­вест­но­го и ра­зум­но­го по­ве­де­ния чле­нов кор­по­ра­тив­ных пра­во­от­но­ше­ний при осу­ществ­ле­нии своих обя­зан­но­стей и при ре­а­ли­за­ции ими своих прав.

Не­об­хо­ди­мость спе­ци­аль­но­го пра­во­во­го ре­гу­ли­ро­ва­ния кор­по­ра­тив­ных от­но­ше­ний по­яв­ля­ет­ся имен­но по­то­му, что создаётся при­зна­ва­е­мое пра­вом новое право-субъ­ект­ное об­ра­зо­ва­ние, на­де­лен­ное сво­и­ми участ­ни­ка­ми обособ­лен­ным иму­ще­ством и спо­соб­ное от сво­е­го имени вы­сту­пать в граж­дан­ском обо­ро­те и нести са­мо­сто­я­тель­ную иму­ще­ствен­ную от­вет­ствен­ность по обя­за­тель­ствам перед тре­тьи­ми ли­ца­ми, как от­дель­ный субъ­ект права, от­ли­ча­ю­щий­ся от своих учре­ди­те­лей, участ­ни­ков, чле­нов ор­га­нов управ­ле­ния, вы­го­до­при­об­ре­та­те­лей (бе­не­фи­ци­а­ров) или кре­ди­то­ров.

В юри­ди­че­ской науке нет еди­но­го мне­ния о сущ­но­сти кор­по­ра­тив­но­го права. Ос­нов­ные дис­кус­сии ве­дут­ся во­круг во­про­са о том, яв­ля­ет­ся ли кор­по­ра­тив­ное право от­дель­ным видом граж­дан­ско-пра­во­вой от­вет­ствен­но­сти или об­ла­да­ет при­зна­ка­ми «по­лио­т­рас­ле­во­го» ха­рак­те­ра. На наш взгляд, кор­по­ра­тив­ная от­вет­ствен­ность об­ла­да­ет сле­ду­ю­щи­ми ха­рак­тер­ны­ми чер­та­ми, при­су­щи­ми ей как раз­но­вид­но­сти иму­ще­ствен­ной от­вет­ствен­но­сти: во-пер­вых, рас­смат­ри­ва­е­мый нами вид иму­ще­ствен­ной от­вет­ствен­но­сти, уста­нав­ли­ва­ет­ся не толь­ко за­ко­ном, но и спе­ци­фи­че­ски­ми не­ха­рак­тер­ны­ми для дру­гих от­рас­лей ис­точ­ни­ка­ми  — до­го­во­ром и внут­рен­ни­ми до­ку­мен­та­ми кор­по­ра­ции.

Во-вто­рых, функ­ци­я­ми от­вет­ствен­но­сти в сфере кор­по­ра­тив­ных пра­во­от­но­ше­ний яв­ля­ют­ся вос­ста­но­ви­тель­ная, ком­пен­са­тор­ная, пре­вен­тив­ная и сти­му­ли­ру­ю­щая. Ка­ра­тель­ная функ­ция не при­су­ща дан­ной раз­но­вид­но­сти от­вет­ствен­но­сти.

Тре­тья осо­бен­ность от­вет­ствен­но­сти в сфере кор­по­ра­тив­ных от­но­ше­ний  — от­сут­ствие уни­фи­ци­ро­ван­ной, еди­ной от­вет­ствен­но­сти в кор­по­ра­тив­ных пра­во­от­но­ше­ни­ях.

Таким об­ра­зом, ана­ли­зи­руя всё вы­ше­ска­зан­ное, мы можем сде­лать вывод о том, что на дан­ный мо­мент глав­ная осо­бен­ность от­вет­ствен­но­сти в кор­по­ра­тив­ных пра­во­от­но­ше­ни­ях про­яв­ля­ет­ся в том, что она яв­ля­ет­ся новым, ещё до конца не сло­жив­шим­ся ин­сти­ту­том кор­по­ра­тив­но­го права. Дис­кус­сии о пра­во­вой при­ро­де и ха­рак­те­ре от­вет­ствен­но­сти в кор­по­ра­тив­ных пра­во­от­но­ше­ни­ях не ути­ха­ют до сих пор. Од­на­ко, ра­зу­ме­ет­ся, это не долж­но ме­шать фор­ми­ро­ва­нию еди­но­го уни­фи­ци­ро­ван­но­го под­хо­да к по­ни­ма­нию её сущ­но­сти.

Фи­нан­со­вый кон­троль яв­ля­ет­ся одной из ос­нов­ных функ­ций го­су­дар­ствен­ной вла­сти. Он вклю­ча­ет в себя такие эле­мен­ты, как на­блю­де­ние за за­кон­но­стью и це­ле­со­об­раз­но­стью фи­нан­со­вой де­я­тель­но­сти, оцен­ку её с пра­во­вых, на­уч­ных, со­ци­аль­но-по­ли­ти­че­ских, ор­га­ни­за­ци­он­но-тех­ни­че­ских по­зи­ций. Таким об­ра­зом, фи­нан­со­вый кон­троль  — это кон­троль за за­кон­но­стью и це­ле­со­об­раз­но­стью дей­ствий в про­цес­се сбора, рас­пре­де­ле­ния и ис­поль­зо­ва­ния го­су­дар­ствен­ных и му­ни­ци­паль­ных де­неж­ных фон­дов в целях осу­ществ­ле­ния эф­фек­тив­ной фи­нан­со­вой по­ли­ти­ки в об­ще­стве. Уста­нов­ле­ние кон­тро­ля за фи­нан­со­вой де­я­тель­но­стью яв­ля­ет­ся одним из на­прав­ле­ний фи­нан­со­вой по­ли­ти­ки го­су­дар­ства. В таком ка­че­стве фи­нан­со­вый кон­троль имеет не­сколь­ко ас­пек­тов: функ­ция го­су­дар­ствен­но­го управ­ле­ния; ста­дия кон­крет­ных управ­лен­че­ских дей­ствий го­су­дар­ства; форма об­рат­ной связи в си­сте­ме фи­нан­со­во-пра­во­во­го ре­гу­ли­ро­ва­ния; спо­соб под­дер­жа­ния ре­жи­ма за­кон­но­сти и пра­во­по­ряд­ка в фи­нан­со­вой сфере, по­сколь­ку он на­прав­лен на обес­пе­че­ние со­блю­де­ния норм фи­нан­со­во­го права.

Цель фи­нан­со­во­го кон­тро­ля может быть опре­де­ле­на как обес­пе­че­ние за­кон­но­сти и эф­фек­тив­но­сти пуб­лич­ной фи­нан­со­вой де­я­тель­но­сти.

Эф­фек­тив­ность фи­нан­со­во­го кон­тро­ля со сто­ро­ны го­су­дар­ства во мно­гом за­ви­сит от ка­че­ства ор­га­ни­за­ции учёта в стра­не – бух­гал­тер­ско­го, бюд­жет­но­го, на­ло­го­во­го, ве­де­ния ва­лют­ных опе­ра­ций и так далее. Таким об­ра­зом, ос­нов­ны­ми на­прав­ле­ни­я­ми фи­нан­со­во­го кон­тро­ля яв­ля­ют­ся про­вер­ка со­блю­де­ния субъ­ек­та­ми фи­нан­со­во­го права за­ко­но­да­тель­ства и обес­пе­че­ние це­ле­со­об­раз­но­сти фи­нан­со­вой де­я­тель­но­сти го­су­дар­ства.

Субъ­ек­том фи­нан­со­во­го кон­тро­ля яв­ля­ют­ся го­су­дар­ствен­ные и му­ни­ци­паль­ные ор­га­ны, а также не­го­су­дар­ствен­ные ор­га­ни­за­ции и учре­жде­ния, ко­то­рые на­де­ле­ны пол­но­мо­чи­я­ми про­во­дить ме­ро­при­я­тия по про­вер­ке со­блю­де­ния фи­нан­со­во­го за­ко­но­да­тель­ства.

Объ­ек­том фи­нан­со­во­го кон­тро­ля яв­ля­ют­ся дви­же­ние де­неж­ных средств в про­цес­се ак­ку­му­ли­ро­ва­ния, рас­пре­де­ле­ния и ис­поль­зо­ва­ния де­неж­ных фон­дов, а также ма­те­ри­аль­ные, тру­до­вые и иные ре­сур­сы. Со­дер­жа­ние (пред­мет) фи­нан­со­во­го кон­тро­ля со­став­ля­ют ва­лют­ные и кас­со­вые опе­ра­ции, сметы пред­при­я­тий, на­ло­го­вые де­кла­ра­ции, опе­ра­ции с бюд­жет­ны­ми сред­ства­ми, бух­гал­тер­ская до­ку­мен­та­ция и так далее.

Важ­ней­шие прин­ци­пы де­я­тель­но­сти ор­га­нов фи­нан­со­во­го кон­тро­ля  — это объ­ек­тив­ность и ком­пе­тент­ность, а также глас­ность. Объ­ек­тив­ность и ком­пе­тент­ность под­ра­зу­ме­ва­ют обя­за­тель­ное со­блю­де­ние кон­тролёрами дей­ству­ю­ще­го за­ко­но­да­тель­ства, вы­со­кий про­фес­си­о­наль­ный уро­вень ра­бо­ты. Глас­ность преду­смат­ри­ва­ет по­сто­ян­ную связь го­су­дар­ствен­ных кон­тролёров с об­ще­ствен­но­стью и сред­ства­ми мас­со­вой ин­фор­ма­ции.

Не­об­хо­ди­мо от­ме­тить, что глав­ный не­до­ста­ток кон­троль­ной со­став­ля­ю­щей Бюд­жет­но­го ко­дек­са РФ со­сто­ит в том, что до­ку­мент фак­ти­че­ски ста­вит знак ра­вен­ства между бюд­жет­ным кон­тро­лем и го­су­дар­ствен­ным фи­нан­со­вым кон­тро­лем. Такой под­ход не­ве­рен как с точки зре­ния тео­рии, так и в рам­ках сло­жив­шей­ся оте­че­ствен­ной прак­ти­ки управ­ле­ния фи­нан­са­ми.

Имен­но в об­ла­сти част­но­го права сво­бо­да от­дель­но­го, ав­то­ном­но­го лица рас­кры­ва­ет­ся в чи­стом виде и ис­тин­ном зна­че­нии. Это не до­зи­ро­ван­ные «ку­соч­ки са­мо­сто­я­тель­но­сти», на ко­то­рые даёт раз­ре­ше­ние чи­нов­ник. И это не воль­ни­ца, не по­при­ще все­доз­во­лен­но­сти, так как перед нами всё же об­ласть права, где дей­ству­ют общий пра­во­по­ря­док, тре­бо­ва­ния за­кон­но­сти. <…> Сво­бо­да в об­ла­сти част­но­го права  — это пол­ная и су­ве­рен­ная са­мо­сто­я­тель­ность от­дель­но­го лица, вы­ра­жен­ная в его ав­то­ном­ном и защищённом ста­ту­се субъ­ек­та права и в об­ла­да­нии им защищёнными субъ­ек­тив­ны­ми пра­ва­ми.

При этом и то и дру­гое (и ста­тус субъ­ек­та права, и субъ­ек­тив­ные права) имеют ха­рак­тер пра­во­вых яв­ле­ний по своей ос­но­ве аб­со­лют­но­го по­ряд­ка, то есть они от­кры­ва­ют про­стор для соб­ствен­но­го, по усмот­ре­нию, по­ве­де­ния и в этой связи в прин­ци­пе ис­клю­ча­ют, не до­пус­ка­ют вме­ша­тель­ства кого-либо в эту соб­ствен­ную «сферу сво­бо­ды». <…>

Свое­об­ра­зие част­но­го права отчётливо про­яв­ля­ет­ся при его со­по­став­ле­нии с пуб­лич­ным пра­вом (пер­во­му при­су­щи юри­ди­че­ское ра­вен­ство и ко­ор­ди­на­ция; вто­ро­му  — от­но­ше­ния «власть  — под­чи­не­ние», суб­ор­ди­на­ция). Если же об­ра­тить­ся к со­по­став­ле­нию част­но­го права с цен­траль­ной ка­те­го­ри­ей пуб­лич­но­го права – го­су­дар­ствен­ной вла­стью, то об­на­ру­жи­ва­ют­ся яв­ле­ния по­и­сти­не па­ра­док­саль­но­го по­ряд­ка.

Ведь част­ное право предо­став­ля­ет от­дель­ным граж­да­нам, их объ­еди­не­ни­ям, ор­га­ни­за­ци­ям, вы­сту­па­ю­щим в ка­че­стве юри­ди­че­ских лиц, воз­мож­ность в опре­делённом круге от­но­ше­ний быть «соб­ствен­ным гос­по­ди­ном». <…> При этом пред­по­ла­га­ет­ся или прямо де­кла­ри­ру­ет­ся, что при­ме­ни­тель­но к от­но­ше­ни­ям та­ко­го рода го­су­дар­ствен­ная власть как бы остаётся в сто­ро­не, она не впра­ве про­из­воль­но вме­ши­вать­ся в част­но­пра­во­вые от­но­ше­ния.

Го­су­дар­ствен­ная власть, по своей при­ро­де «на­стро­ен­ная» на то, чтобы вме­ши­вать­ся в окру­жа­ю­щие её от­но­ше­ния, от­тор­га­ет­ся (ска­жем гру­бее  — из­го­ня­ет­ся) из оби­те­ли гос­под­ства част­ных воль и част­ных ин­те­ре­сов.

В то же время со­вер­ша­е­мые в этой сфере дей­ствия субъ­ек­тов как част­ных лиц  — до­го­во­ры, од­но­сто­рон­ние акты соб­ствен­ни­ка и так далее  — при­об­ре­та­ют «самое на­сто­я­щее», «пол­но­кров­ное» юри­ди­че­ское зна­че­ние. Го­су­дар­ство, ко­то­рое из­на­чаль­но «из­гна­но» из дан­но­го круга от­но­ше­ний, те­перь обя­за­но  — не па­ра­докс ли?  — при­зна­вать част­но­пра­во­вые от­но­ше­ния, за­щи­щать их всеми за­кон­ны­ми спо­со­ба­ми и ре­а­ли­зо­вы­вать при по­мо­щи всей си­сте­мы своих при­ну­ди­тель­ных ор­га­нов и средств.

Ад­ми­ни­стра­тив­ное право на­хо­дит­ся в сов­мест­ном ве­де­нии Рос­сий­ской Фе­де­ра­ции и субъ­ек­тов Фе­де­ра­ции. Нормы ад­ми­ни­стра­тив­но­го права со­дер­жат­ся в Кон­сти­ту­ции РФ, фе­де­раль­ных за­ко­нах и под­за­кон­ных актах, нор­ма­тив­ных актах ре­ги­о­наль­ных ор­га­нов го­су­дар­ствен­ной вла­сти.

В ад­ми­ни­стра­тив­ном праве от­но­ше­ния между граж­да­на­ми и го­су­дар­ствен­ны­ми ор­га­на­ми ос­но­ва­ны на прин­ци­пе вла­сти и под­чи­не­ния, по­это­му обя­за­тель­ным субъ­ек­том ад­ми­ни­стра­тив­ных от­но­ше­ний яв­ля­ет­ся ис­пол­ни­тель­ный орган, ре­а­ли­зу­ю­щий власт­ные пол­но­мо­чия. На­ка­за­ния за на­ру­ше­ние норм ад­ми­ни­стра­тив­но­го права могут на­ла­гать­ся не толь­ко судом, но и ор­га­на­ми ис­пол­ни­тель­ной вла­сти, а также долж­ност­ны­ми ли­ца­ми, ко­то­рым закон даёт такие пол­но­мо­чия. Преду­смот­ре­на от­дель­ная юри­ди­че­ская от­вет­ствен­ность для долж­ност­ных лиц. При этом за одно и то же пра­во­на­ру­ше­ние граж­да­не и долж­ност­ные лица несут раз­лич­ную от­вет­ствен­ность  — у долж­ност­ных лиц она зна­чи­тель­но стро­же. За одно пра­во­на­ру­ше­ние от­вет­ствен­ность могут од­но­вре­мен­но нести сразу не­сколь­ко лиц  — граж­да­нин, долж­ност­ное лицо и ор­га­ни­за­ция. На­при­мер, за тор­гов­лю то­ва­ра­ми с про­сро­чен­ным сро­ком год­но­сти штраф может быть на­ло­жен од­но­вре­мен­но на ди­рек­то­ра ма­га­зи­на и на тор­го­вую ор­га­ни­за­цию.

Каким же об­ра­зом ад­ми­ни­стра­тив­ные ор­га­ны охра­ня­ют об­ще­ствен­ный по­ря­док и без­опас­ность граж­дан? Пре­жде всего, путем при­ме­не­ния ад­ми­ни­стра­тив­но-пре­ду­пре­ди­тель­ных мер, то есть мер, на­прав­лен­ных на пре­ду­пре­жде­ние воз­мож­ных пра­во­на­ру­ше­ний или при­чи­не­ния вреда жизни, здо­ро­вью, соб­ствен­но­сти граж­дан или ин­те­ре­сам го­су­дар­ства. Ад­ми­ни­стра­тив­но-пре­ду­пре­ди­тель­ные меры не свя­за­ны с со­вер­ше­ни­ем пра­во­на­ру­ше­ния и носят про­фи­лак­ти­че­ский ха­рак­тер. К ад­ми­ни­стра­тив­но пре­ду­пре­ди­тель­ным от­но­сят­ся такие меры, как про­вер­ка до­ку­мен­тов, до­смотр вещей, вве­де­ние ка­ран­ти­на, пре­кра­ще­ние дви­же­ния транс­пор­та по опас­ным участ­кам до­ро­ги.

Для пре­кра­ще­ния про­ти­во­прав­ных дей­ствий при­ме­ня­ют­ся меры ад­ми­ни­стра­тив­но­го пре­се­че­ния. Цель этих мер  — не толь­ко пре­сечь про­ти­во­прав­ные дей­ствия, но и све­сти к ми­ни­му­му их по­след­ствия, не дать ад­ми­ни­стра­тив­но­му про­ступ­ку пе­ре­ра­с­ти в уго­лов­ное пре­ступ­ле­ние. Ад­ми­ни­стра­тив­но-вос­ста­но­ви­тель­ные меры при­зва­ны вос­ста­нав­ли­вать по­ря­док вещей, на­ру­шен­ный про­ти­во­прав­ны­ми дей­стви­я­ми. На­ко­нец, меры ад­ми­ни­стра­тив­ной от­вет­ствен­но­сти вы­ра­жа­ют­ся в на­ло­же­нии взыс­ка­ния на лицо, со­вер­шив­шее пра­во­на­ру­ше­ние.

Бли­зость сущ­но­сти ад­ми­ни­стра­тив­ной от­вет­ствен­но­сти и ад­ми­ни­стра­тив­но­го на­ка­за­ния на­столь­ко ве­ли­ка, что часто их отож­деств­ля­ют как рав­но­знач­ные пра­во­вые ка­те­го­рии. Между тем в за­ко­но­да­тель­стве ука­зан­ные тер­ми­ны до­ста­точ­но четко раз­де­ле­ны. По­ня­тие ад­ми­ни­стра­тив­ной от­вет­ствен­но­сти имеет го­раз­до более ши­ро­кий смысл, чем ад­ми­ни­стра­тив­ное на­ка­за­ние. Чаще всего обы­ва­тель даже не за­ду­мы­ва­ет­ся о том, что пре­жде чем на­ка­зать, пра­во­при­ме­ни­те­лю тре­бу­ет­ся раз­ре­шить мно­го­чис­лен­ные про­цес­су­аль­но-пра­во­вые во­про­сы, за­креплённые в за­ко­не в ка­че­стве обя­за­тель­ных. Это не­об­хо­ди­мо в целях обес­пе­че­ния ба­лан­са между лицом, об­ви­ня­е­мым в со­вер­ше­нии ад­ми­ни­стра­тив­но­го пра­во­на­ру­ше­ния, как пра­ви­ло, не име­ю­щим опыта за­щи­ты своих ин­те­ре­сов, и искушёнными в своем деле долж­ност­ны­ми ли­ца­ми пра­во­охра­ни­тель­ных ор­га­нов.

С одной сто­ро­ны, такой пра­во­вой ме­ха­низм (про­из­вод­ство по делу об ад­ми­ни­стра­тив­ном пра­во­на­ру­ше­нии) га­ран­ти­ру­ет граж­да­нам со­блю­де­ние прав, воз­мож­ность пол­но­цен­но за­щи­щать их, с дру­гой сто­ро­ны  — ми­ни­ми­зи­ро­вать риски, свя­зан­ные с пре­вы­ше­ни­ем долж­ност­ных пол­но­мо­чий субъ­ек­тов пра­во­охра­ни­тель­ных ор­га­нов.

Ад­ми­ни­стра­тив­ная от­вет­ствен­ность  — это юри­ди­че­ски зна­чи­мое дей­ствие и со­сто­я­ние, а ад­ми­ни­стра­тив­ное на­ка­за­ние  — их ка­че­ствен­ный ре­зуль­тат, причём часто лишь тех­ни­че­ско­го ха­рак­те­ра. Дей­ствие свя­за­но с пра­во­при­ме­ни­те­лем и на­ру­ши­те­лем. Пер­вый воз­буж­да­ет дело в слу­чае ад­ми­ни­стра­тив­но­го пра­во­на­ру­ше­ния, при­ме­ня­ет раз­лич­ные дей­ствия по уста­нов­ле­нию его об­сто­я­тельств и при­хо­дит к опре­делённому ре­ше­нию в от­но­ше­нии пра­во­на­ру­ши­те­ля. Вто­рой обя­зан ис­пол­нить ре­ше­ние об ад­ми­ни­стра­тив­ном на­ка­за­нии в уста­нов­лен­ные за­ко­ном и пра­во­при­ме­ни­те­лем сроки, после чего будет на­хо­дить­ся в те­че­ние года или более в осо­бом пра­во­вом со­сто­я­нии, при ко­то­ром по­втор­ное со­вер­ше­ние им од­но­род­но­го ад­ми­ни­стра­тив­но­го пра­во­на­ру­ше­ния будет счи­тать­ся отяг­ча­ю­щим об­сто­я­тель­ством при на­зна­че­нии по­сле­ду­ю­ще­го ад­ми­ни­стра­тив­но­го на­ка­за­ния.

Ад­ми­ни­стра­тив­ное на­ка­за­ние яв­ля­ет­ся ито­го­вым ре­ше­ни­ем во вза­и­мо­дей­ствии пра­во­при­ме­ни­те­ля и пра­во­на­ру­ши­те­ля. Со сто­ро­ны пра­во­при­ме­ни­те­ля это оцен­ка про­ти­во­прав­но­го по­ве­де­ния на­ру­ши­те­ля, при­зван­ная вос­ста­но­вить со­ци­аль­ную спра­вед­ли­вость и пре­ду­пре­дить со­вер­ше­ние им но­во­го ад­ми­ни­стра­тив­но­го пра­во­на­ру­ше­ния. Со сто­ро­ны пра­во­на­ру­ши­те­ля это ис­ко­мый пра­во­при­ме­ни­те­лем эф­фект пе­ре­жи­ва­ния от ма­те­ри­аль­ных и (или) фи­зи­че­ских по­терь, спо­соб­ное, по мне­нию пра­во­при­ме­ни­те­ля, из­ме­нить его по­ве­де­ние.